Правила поведения под столом

– Что ты делаешь? – пискнула я на высокой ноте.

– Там что-то застряло. Помоги вытащить. Направляй меня, я не чувствую эту штуку, – пробурчала целительница, продолжая ковыряться в груди мага.

Я посмотрела магическим зрением. Крафт был еще жив! Но аура в области груди оказалась полностью разрушена. От раны расползалась чернильная тьма. А исходила она от небольшого крюкообразного предмета, зацепившегося за ребро.

– Левее и глубже, – прошептала, едва держась, чтобы не потерять сознание. – Еще глубже. За ребро зацепилось.

– Достала! – воскликнула Зида, вынимая из раны черный изогнутый коготь. Отбросила его в сторону и положила руки на рану. Так, закрыв глаза и прижимая ладони к израненной груди мужчины, Зида и застыла на долгое время. Пришли остальные, Тори и Тэр отправились оказывать помощь Мире, Родэр стоял над нами и молча ждал. Ал нервно расхаживал по комнате. А Озрэн сидел на полу, обессиленно привалившись спиной к стене. Он был очень бледный, кровь из носа продолжала сочиться тонкими струйками.

– Я вызову лекаря, – проговорил Эрингор, обращаясь к Оззи. – Зида не справится, а тебе тоже нужна помощь.

– И как ты все это объяснишь? Да Энри нас сам убьет, если мы привлечем внимание сената. Я потерплю. Кстати, о сенате, где Норва? Ее помощь сейчас не помешала бы. Девчонок нужно успокоить. Посмотри на Арику.

Я услышала свое имя и замерла, осознав, что все это время сидела рядом с Крафтом и монотонно раскачивалась как маятник.

Зида убрала руки с груди лорда и шумно выдохнула. Вытерла грудь мужчины, и мы все увидели, что раны больше нет. На ее месте остался глубокий уродливый шрам.

– Рубец позже уберу. Теперь остается только ждать, когда организм сам восстановит запас крови, – хрипло проговорила девушка и, не поднимаясь, ползком направилась к Озрэну.

Эрингор кивнул и вышел, по-видимому, искать Норву.

– Расслабься, малышка, отдохни. Я в норме, – сказал Оззи.

– Я только кровь остановлю. На это мне вполне хватит сил, – и Зида, не обращая внимания на ленивое сопротивление, завладела головой рыжего.

А я смотрела на Крафта, на то, как медленно, едва заметно, его грудь вздымается и опадает. Он едва дышал, но дышал! И я успокоилась. Сразу навалилась усталость, магии во мне остались жалкие крохи, все тело ныло от пережитого напряжения. И я просто легла рядом с вредным магом, тихо радуясь тому, что все остались живы. Под ногу что-то попало. Пнула, стремясь убрать помеху, и вскрикнула. Это что-то вцепилось в щиколотку, сдавив ее до хруста.