Ставка на девственность

А ещё мне нравилась одна девочка в школе, но она отказалась со мной встречаться. На парней я никогда не засматривался. У меня только на тебя такая реакция, и это ужасно бесит. Я не хотел быть геем, — эти слова даются с трудом, ком в горле мешает говорить.

— Сюда подойди, встань напротив меня, — командует он.

Я подчиняюсь, словно послушная марионетка. Подхожу к нему, опустив голову. Чувствую, как горят мои щёки.

— Ближе подойди. Встань вплотную к стулу.

Я снова подчиняюсь, а он хватает меня за волосы и оттягивает голову назад, но не сильно. Потом наклоняется и заглядывает мне в глаза.

— Мне всё равно, мой мальчик, какой ты ориентации. Я буду заниматься с тобой любовью. Запомни, пока у тебя есть я, в твоей постели не должно быть других. Это единственное условие. В остальном у тебя полная свобода. Ты будешь учиться, работать, иметь друзей. Сюда разрешаю приводить только Лёшу. Но я должен знать о каждом его везите заранее. Потому что с этого дня будет так. Ты живёшь здесь бесплатно, но я буду приходить сюда в любое время, когда мне приспичит. Я буду заниматься с тобой любовью, тогда, когда захочу. Не потому, что мне не с кем переспать. А потому, что ты мне нравишься, Саша. Именно ты и никто другой. Я, хочу, тебя, мой, мальчик.

— А ели я не соглашусь? — заикаясь, спрашиваю я.

— Правда?! Не думаю, что ты это сделаешь, — он наклоняется ещё ниже и целует меня.

Он не нежничает. Сминает мои губы, с силой всасывает язык в рот. А я таю как мороженое. И в голове пугающая до тряски мысль: «Да, заставь меня. Подчини себе. Я хочу, чтобы ты был рядом». Он стонет в мои губы и, кажется, я тоже. Но я вдруг опомнился. Что я натворил?! Положил его продукты в холодильник, целуюсь тут с ним. По сути, я согласился быть его любовником, даже вслух не озвучив этого.

— Я… Я не могу, — мямлю отстраняясь, — Чувствую себя так, будто продался за кусок хлеба.

— А что чувствуешь здесь, а? — ехидно улыбается он.

Одновременно с этим Рудольф резко хватает меня за руку и, разворачивая, прижимает к себе. Его рука ложиться на мой пах и гладит мой стояк. Чёрт, даже не заметил, что смог так возбудиться.

— По-моему твоя нижняя голова со мной солидарна. Знаешь, Саша, я никому никогда не говорил ничего подобного. Ты будешь первым. Я люблю тебя, малыш. Я впервые в жизни влюбился и не собираюсь тебя отпускать. Пусть это звучит пугающе, но как есть.

— А как же жена? У тебя была жена.

Мой голос дрожит от шока.