Красный монарх: Сталин и война

Он сделал несколько шагов вперед и поклонился Жданову, потом попятился назад и в таком положении вернулся к двери. Чиновник не сразу нащупал на двери ручку. Не поворачиваясь к Жданову спиной, он вышел из комнаты.

7 ноября в отсутствие Сталина Андрей Жданов принимал парад. Его ленинградская камарилья заполнила почти весь Мавзолей.

Единственным уязвимым местом Андрея Александровича Жданова было плохое здоровье. Возможно, поэтому он никогда и не хотел быть преемником. Во время серьезной болезни Сталина он страшился этой перспективы и говорил сыну: «Господи, не дай мне пережить Сталина!»

Сталин и Жданов обсуждали, как соединить русский военный патриотизм с революционным большевизмом, уничтожить влияние Запада и вернуть на былую высоту мораль, гордость и дисциплину советского народа. Сталин был неудавшимся в юности семинаристом, а Жданов – отпрыском провинциальной интеллигенции. Они были похожи на двух недовольных профессоров, помешанных на величии культуры девятнадцатого века. Сейчас они копались в прошлом и готовились к яростной атаке на модернизм (формализм) и зарубежное влияние на русскую культуру (космополитизм).

Эти два интеллектуала разделяли большевистскую страсть к самообразованию. Они допоздна просиживали над современными стихами и литературными журналами и подготавливали идеологическую почву для разгрома свобод военного времени, позволивших советской культуре ненадолго вздохнуть всей грудью.

Андрей Жданов являлся большим поклонником классики. Новомодное искусство он презирал. Жданов перенял отношение к искусству у царей, Александра I и Николая I. Победа в войне благословила брак между русским национализмом и большевизмом. Сталин видел в русских связующий элемент Советского Союза. Он считал русский народ старшим братом остальных советских племен. Новая разновидность русского национализма сильно отличалась от своего предшественника, национализма века девятнадцатого. Сталин со Ждановым решили, что теперь не будет никаких новых свобод, никакого влияния Запада – их подавят с помощью всемерного прославления великой миссии русского народа.

Для испытания новой идеологической доктрины были выбраны ленинградские журналы, печатавшие произведения сатирика Михаила Зощенко, которого Сталин когда-то читал детям, и поэтессы Анны Ахматовой, чьи страстные стихи прославляли вечное достоинство и чувства людей в годы войны и репрессий.

Андрей Александрович раскрывал своими словами идеи и указания Сталина. «Прошу вас просмотреть это, – попросил Жданов Хозяина.