Самогонщик против армии США

Он подмигнул мужику, складывающему в сундук пыточные инструменты.

Фаи так и не поняла, собирался ли он применить пытки всерьёз.

Мюи, готовая извести девушку-анта из ревности, со свойственной женщинам последовательностью совершила поворот кругом.

— Гош! Неужели ты посмел бы её убить? Тем более — пытать?!

Я преспокойно уплетал ужин, наслаждаясь исправностью правой клешни.

Отремонтировав её за целую корзину сладостей, недельный запас моей мамы, Верун ворчал:

— Опять влез, куда не следовало! Небось, и одной рукой убивал.

— Защищаясь. Одного. Он замахнулся на меня мечом.

— Молодую девицу запихнул в подземелье.

Ого! Оказывается, лесной дедок осведомлён о происходящем.

— Та девица за десять серебряных монет подрядилась убить меня. По ошибке зарезала другого.

Деловито дожевав кекс с орехами, Верун вздохнул:

— О-хо-хо. Проклятые деньги сгубят род людской. Кто будет приносить угощения старому богу рощи? Но девицу не губи.

Он был не одинок в увещеваниях.

— Так что ты собираешься делать с пленницей? Прояви сострадание! — заявила мама в унисон с моими воспоминаниями о нравоучениях Веруна.

— Не решил. Казнить или сгноить её в подвалах Номинорра пока не намерен.

Вообще-то, у магистрата есть своя тюрьма. Дворцовые застенки предназначены для личных врагов и пленников архиглея. Не трудно догадаться, что до ареста Фаи они преимущественно пустовали.

Маме я соврал. Точнее, сказал не всю правду. Собираюсь в Дорторрн, предъявить полукровку королю. Там решим. Хотя, если оставлю ему, выйдет та же фигня. Он казнит убийцу сына или заморит до смерти в тюрьме.

Фаи — тварь. Но так её вырастили и воспитали. Для каросского наёмника бой и мочилово — естественные действия. Не более предосудительные, чем отправление надобностей. Да, пахнет плохо, но такова жизнь.

Едва отужинал, навалились новые ходатаи. Учителя явились толпой — просить за Фаи, узнав об аресте. Говорят, хорошо работала. За какую-то неделю вполне влилась в их профсоюзную организацию.

В столицу нужно спешить. Но я морально устал. Не семижильный. Просто соскучился по жене и мальчикам. По скучной жизни самогонщика и строителя нового светлого будущего, без авантюр, походов и сражений, которые, оказывается, далеко не все оканчиваются победой.

Перед тем, как уйти в архиглейские покои на третий этаж и запретить страже пускать кого-либо даже с известием, что прибыл Моуи и ожидает аудиенции, я велел разыскать и привести ко мне Дюльку — на галерею второго этажа. Около бывшей спальни Айюрра.