Средневековая история. Тетралогия

И надо сказать, что сейчас у них уже получались и вполне приличные зеркала, и разноцветное стекло — и стеклодув даже пытался делать из него бокалы, блюдца, вазы…

Получалось иногда красиво.

В общем — получалось.

Лиля настаивала на закалке стекла. И поэтому часть изделий сразу шла в брак. Но часть получалась прочной. Так что женщина всерьез подумывала поговорить с отцом и сделать нечто вроде стекольного цеха. А что?

Муранское стекло было?

Почему не быть Иртонскому стеклу?

Скажем, стеклу Мариэль. Так красивее. И главное — отдает должное его создательнице.

Сюда же относились и зеркала. Но пока с ними было сложно. Максимум что удалось получить — зеркало размером сорок на пятьдесят сантиметров. Примерно.

Но и это было невероятным.

На мысль Лилю натолкнула Марта. Стекло — не только тарелки.

Стекло еще и очки, монокли, бинокли… можно ведь сделать самый простой, по типу Галилеевского?

Правда, встал вопрос, чем шлифовать линзы, но тут уже на помощь пришел Хельке — и к середине зимы Лиля криво-косо, но получила свою первую линзу.

И тут у нее было громадное преимущество.

Она-то знала про оптическую ось, про преломление света, про первый телескоп Галилея… самый простой, так зачем больше-то?

Она просто делает первый шаг.

За ней придут другие. Уже сейчас ее мальчики такое из стекла вытворяют! Уж молчим про бисер и бусины самых разных цветов и форм. Каторжный труд, но им только в удовольствие. Взяли себе подмастерьев — и работают. Причем Лиля заметила, что в кузницу периодически заглядывает и Ирэна… интересно, в Иртоне не будет демографического взрыва?

А на скромницу Марсию положил взгляд Ивар. Суровый вирманин просто таял при виде девушки.

Пришлось собрать всех дам в замке и прочесть лекцию.

Лично Лиля не возражала.

Но каждая, кто не хочет обзавестись ребенком раньше брака — пусть сходит к Джейми. Тот вовсю общался с травницей — и противозачаточное у него было. Не самая полезная вещь, так простите, дело-то серьезное.

Гулять до свадьбы не запрещалось. Но!

Внебрачный ребенок в этом мире считался существом второго сорта. Как бы — без благословения Альдоная. А раз Альдонай благословения не дал, то кто?

Либо Мальдоная, либо так и болтайся всю жизнь, как сам захочешь. И считается что на таких людей и бед сыплется больше, и болеют они чаще, и из близкие тоже страдают — вот и…

Народные поверья — та еще пакость.

А церковь тоже цепляется за все эти радости и клеймит позором тех, кто привел в этот мир новую жизнь без благословения.