Средневековая история. Тетралогия

Лиля поставила ушки торчком.

— Полагаю, мы тоже могли бы с вами сотрудничать. Я могу взять на себя переговоры с разными смердами и грубиянами, с которыми вам и говорить-то невместно…

Лиля переглянулась с Лонсом. Внешне она была абсолютно спокойна, но разум ее бешено работал.

Торий Авермаль никому не расскажет об их договоренности. В принципе. Он не дурак.

Это вопрос несложный. Денег хочет.

А вот как он узнал о ее договоре с Авермалем?

Лиле сначала и в голову не пришло, что утечка пошла из ее дома.

Нет, Торию незачем было делиться с бароном такими подробностями.

Женщина захлопала ресницами.

— Достопочтенный Донтер, о чем вы? Какие договора? Я всего лишь слабая женщина, живу в глуши… барон Авермаль немало помог мне, когда я закупала все необходимое на ярмарке. Но и только…

— Ваше сиятельство, а мне барон рассказывал…

— Вы подвергаете сомнению слова графини? — голос Лонса звучал холодно и надменно.

— Что вы, ваше сиятельство, — тут же отступил назад Клив. — не подумайте худого, я бы не осмелился усомниться… полагаю, меня ввели в заблуждение?

— Я тоже так полагаю — Лиля выглядела абсолютно невозмутимой.

Барон отступил, заговорив опять об охоте. Но Лиля уже была настороже.

И как только удалось выпроводить соседа, обернулась к Лонсу.

— Что происходит?! Откуда он может это знать?!

Лицо Лонса было задумчивым.

— Не знаю. Надо думать…

Думать Лиля тоже могла.

— Есть два варианта. Либо от барона…

— Торий Авермаль далеко не глуп, — Тарис счел за лучшее не появляться, пока барон был в гостях, но стоило тому уйти, как мужчина вышел из укрытия. — вы просили его молчать о вашем уговоре?

Лиля кивнула. Это обговаривалось отдельно. Торий обещал никому не рассказывать, а она обещала торговать через него. Так — удобнее.

— Если не от барона — то от нас?

— От нас? — возмутился Лонс.

— Шевалье, не от вас лично. Но у нас большой дом. И в нем есть слуги. Кто-то сказал кому-то, кто-то подхватил — и вот вам пошла гулять сплетня…

Лиля прикусила губу.

— Что мы можем сделать, чтобы это не шло дальше?

Лиле очень захотелось ругаться. Но восьмиэтажного мата в устах графини здесь просто не поймут. Поэтому она промолчала.

Клив Донтер в этот момент ругался черными словами.

Она отказала ему во всех просьбах!

И он ничего не может сделать! Вообще ничего! Слишком хорошо защищено ее поместье. Да и сама графиня осторожна…

Посреди дороги стояла женщина. В грязном платье, омерзительно воняющая, но — женщина.