Средневековая история. Тетралогия

А давить не стоит…

Прошло пять минут, десять, пятнадцать…

Наконец травница вздохнула.

— Ты прав. Я продала настойку. Свеженькую, этого лета сбор.

— Никому другому это не под силу. Я сразу понял, что это твоих рук дело. И графиня тоже так подумала.

— И все же здесь ты. А не отряд стражи… — Джейми все так же молчал — и травница шлепнула ладонью по столу. — Хорошо! Я продала настойку. Она быстро теряет силу, несколько десятков дней — и выдохнется.

— Госпожа графиня сказала — это потому что основа неправильная. Она знает такое вещество, что трава долго останется хорошей.

— Я захватил с собой склянку. Я потом покажу, обещаю… Так кто покупал траву?

Травница ухмыльнулась.

— Она у меня частый гость. Гостья. Уж давно, как госпожа затяжелела, так она ко мне и начала ходить.

— Э, нет. Травы — искусство сложное. Сама она правильно ничего сделать не могла. А потому платила мне. И щедро. За настои, за тайну…

— Имени не знаю. Могу описать.

Джейми внимательно выслушал описание, кивнул.

— А почему ты ее выдаешь?

Морага пожала плечами.

— Я в долгу перед графиней. На ее земле живу, в обиду, опять же, она меня не дала, тебя вот присылает, да не просто так…

Это верно. Каждый раз, приезжая к Мораге, Джейми привозил с собой гостинцы. То ткань, то корзину с продуктами, то что-нибудь еще…

В этот раз у него была большая бутыль со спиртом. И юноша увлеченно принялся рассказывать о свойствах продукта.

Прошло не меньше часа, прежде чем травники вернулись к реальности.

— Мне пора уходить. Графиня ждет.

— Понимаю. Ты опиши ей ту девку, авось, узнает…

— Да и я ее знаю. Только какая ей выгода — понять не могу…

Травница пожала плечами. Ее это и тем более не касалось. Пусть господа сами со своими делами разбираются…

Джейми сразу направился к Лиле. И пяти минут им вполне хватило.

Неизвестная из замка часто покупала у Мораги траву.

— Когда вы были в тягости — дурман. А недавно — волчью травку.

— Я так понял, что подливала вам в еду.

Лиля нахмурилась. История, выдуманная ей для отца, стремительно становилась реальностью.

— Но зачем ей это понадобилось? Кто это?

— Морага не знает ее имени. Она знает, что эта женщина живет в замке… Она приходила ночью, в плаще…

— То есть — кто угодно?

— Уже не Марта и не Тара. Кто-то из служанок? Мэри? Илона? Сара?

— Морага сказала, что у нее есть шрам на руке. Небольшой, между пальцами.

— Нет. Она в этом разбирается.

— И женщина его не прятала?

— Прятала. Но у Мораги острое зрение.

Лиля кивнула.