Средневековая история. Тетралогия

Предрассветный час, когда сон особо сладок, а часовые особо рассеяны. Да и еще бы им не быть такими. На безопасном берегу, куда уже приходили несколько раз в предвкушении недурного куша….

Работорговцы — народ не шибко дисциплинированный. Поэтому бдили четверо часовых, а остальные мерзавцы дрыхли рядом с потухающими кострами.

Трост таки сумел подобраться к одному из котлов с водой и высыпал туда один из пакетов с травой. Но от этого никому не стало ни жарко, ни холодно. Лейс на это сильно и не рассчитывал. Придется жизнь спасать, так на любой понос наплюешь — будешь срать, но драться.

Нет, выгоднее было сделать по-другому.

Часть вирман, оставив большую часть оружия и доспехи, подбиралась к лодкам. Уничтожить их. Отрезать тех, кто на кораблях от тех, кто на берегу.

Обычно пираты лодками не пользовались, но Иртон вовсе не был удобным местом для стоянки. Приливы и отливы с периодичностью в 8 часов, омерзительное дно, на которое не сядешь и не выбросишься — раньше застрянешь. Поэтому и понадобились лодки. Погрузить добычу — все-таки ее предполагалось много, так что корабль обязательно осядет. Незачем подходить к берегу.

Поэтому сейчас несколько человек, обвязав светловолосые головы чем-то темным, плыли к лодкам. А сам Лейс ждал сигнала, когда окружение будет завершено — они нападут.

Трост тем временем постарался затихариться, чтобы не наступили в суматохе. Что-что, а наивностью племянник ювелира не отличался. Да, в сумерках, без пристального осмотра, он мог сойти за нужное. Но с утра, когда его разглядят и допросят…

А его ведь допросят, потому что боцман не вернется, да и Эрк не придет….

Крестьянин и ювелир все-таки очень разные профессии. Разные повадки, осанка, мозоли на руках, а в свой лицедейский талант Трост не сильно верил. Часа на два — три, не больше. Потом будет хуже.

А потом со стороны моря донесся крик чайки.

Часовой насторожился, но сделать ничего не успел. Вирмане привыкли убивать — они этим и занимались. Солдаты Лейса тоже не отличались любовью к пиратам.

Новичков поставили в ограждение, чтобы никто не пробился к деревне или к замку.

Все повязали белые повязки на плечо, чтобы отличать своих, и хлынули на берег.

Темной, молчаливой, страшной волной.

Они не кричали, они просто убивали. Быстро и жестоко. Ударами ножа под подбородок, в горло, в живот, в легкое…

Сначала были слышны только хрипы. Потом кто-то допустил ошибку — и один из пиратов закричал.