Средневековая история. Тетралогия

Но почему граф так запустил свой дом?

В принципе, Иртон же не помойка? Родовое поместье.

Лиля плохо себе представляла, как жили в средние века, но подозревала, что о своем доме заботились все.

Лиля чуть поломала голову, перекусила и принялась писать письмо отцу. Чтобы к моменту, когда заглянет Тарис Брок, все было готово. Вручить ему писульку, и пусть отчаливает.

Лиля раза четыре соскоблила написанное и вконец озверела, пока получился более-менее приемлемый вариант.

Итак, письмо от запорожца… москвичу.

Лиля пробежала письмо глазами, довольно ухмыльнулась и запечатала. Поставила на свитке цифру '2'. Вот так. А на том поставим цифру '1'. И пусть Тарис отдаст оба. С комментариями. И признанием убийцы, записанным пастером.

И в дорожку, в дорожку… нечего тут рассиживаться!

Лиля закончила писать письмо, запечатала его обнаруженной у Эдора печаткой и довольно кивнула.

В обед забежала Мири.

Девочка активно носилась по замку, как понимала Лиля, прячась от учителей. И заодно играя в прятки и салочки со своим новым другом. И плевать, что няньки что-то запрещают. Запретное интереснее вдвое!

Обедали вместе. Лиля — куриным бульоном и кусочком сыра.

Мири лопала тушеное мясо с пряностями. Заедала сыром, а под конец уплела засахаренные фрукты. И слушала Лилю, которая рассказывала ей сказку. Но с прицелом на будущее.

Ту самую. Волкова. Волшебник Изумрудного города.

И приводила в пример девочку Элли, ее верного друга Тима, пса Тотошку… Почему нет?

Пусть ребенок заведет себе домашнее животное. И воспитывает.

Пусть дружит с сыном пастера.

Пусть играет с детьми вирман.

Глядишь, на человека похожа будет. А не на средневековую феодалку. Результат — он в зеркале виден был. И Лилю не радовал. Во всяком случае, пока.

Будем живы — все поправим.

Лонс давно потерял счет и дням и ночам, бултыхаясь в трюме вонючего корабля. Отсутствие света, скудная еда, цепи… теперь никто не узнал бы в нем щеголеватого учителя юных принцесс.

От плохой пищи расстроился желудок, но в трюме и так воняло, что хоть топор вешай. Шатались зубы. Кружилась голова. Большую часть времени Лонс проводил в каком-то полузабытьи. Кажется, иногда рядом с ним кто-то умирал. Тогда приходили работорговцы, ругались и вытаскивали мертвых.

А Лонс думал только об одном.

Анеля, Анеля, Анелюшка…

Солнышко, свет, радость… Что они с тобой сделали?

Если мерзавец-шут рассказал все твоему отцу… или нет?

Лонс не знал. Но искренне переживал за жену.