Средневековая история. Тетралогия

Море — оно глубокое, а камни и мешки здесь в избытке. Дальше же…. Нет тела — нет дела. И вот не надо мне за гуманизм.

А вот юристов тут, хвала богам, не водится. Не отмажут.

А гуманистов оставим за кадром. Не надо портить ими картину. Их бы убить пытались — визгу было бы — враз забыли бы про все на свете.

Лиля осмотрела ногу, заверила Али, что все идет по плану — и ушла. Кажется, из-за двери донесся ей вслед голос Нилей…. Ну и плевать! Лиля не была жестока, но как и любой медик — к человеческой смерти относилась довольно равнодушно. Пока та не забирала родных, близких или пациентов, но Нилей не была ни тем, ни другим, ни третьим.

Знала, на что шла! Знала. И золота на себя, кстати, вагонами цепляла. Не брезговала. А потом решила убить супруга… из-за великой любви?

Тоже мне, Леди Макбет Альтверского уезда. Вот и не жалуйся теперь. Лиля подозревала, что ее не пожалеют — но плевать! Ей было это не то, чтобы безразлично, но как-то… лезть в семейные дела совершенно не хотелось. Что бы там не произошло — ее это НЕ КАСАЕТСЯ! И точка.

Внизу Лейф сам вызвался ее сопровождать к ювелиру. И по дороге попытался покаяться. Пришлось сказать ему, что она не обижается. Пусть сам накажет своих людей — а ей голову не морочит. Чтобы на посту не зарились на вино из рук смазливой вертихвостки.

Судя по глазам Лейфа — он собирался на весь корабль распространить принудительную трезвенность.

Ювелир встретил Лилю радостной улыбкой — и несколькими заколками. Застежками и крючками.

Лиля же обрадовала его предстоящей встречей с мэром. Хелькке тихо выругался, но деваться было некуда. Откат властям — и в Африке откат. Ладно!

Лишь бы жить не мешал!

Достопочтенный Торий Авермаль все новинки оценил. И весьма высоко.

Покивал, поахал — и предложил взять его в долю. Тридцать процентов.

Лиля даже пальцем у виска вертеть не стала. Так, намекнула, что Хельке может и в Иртоне творить. Ему непринципиально.

Ювелир тихо злорадствовал. Графиня оказалась не только милой женщиной с интересными идеями. Она еще и торговалась, как истинный эввир. Он бы в жизни не осмелился так торговаться с благородным — а то и плетей можно отхватить. А графиня уверенно сбила цену до десяти процентов, выторговала за это полное содействие, помощь при постройке мастерских, ну и оговорила кое-что для себя.

Лиля собиралась домой. Но скотина нужна?

Вот пусть мэр и обеспечит ее доставку в Иртон. Авось, справится. И здесь где-нибудь передержит. Не только скот. Еще и почтовых голубей. И голубятника.