Средневековая история. Тетралогия

Вот если сделать жилет — длинные полы, вырез — и на белую блузку… и плевать, что такого не носят! Кто ее там в Иртоне пасти будет?

И второй вариант — корсаж. На шнуровке. Прилегающий на ту же блузку. Тоже вполне ушиваемо.

Если все пройдет нормально — можно поговорить и за нижнее белье, и за другие фасоны… Лиля их много знала.

Но стоило только заикнуться про запашную юбку — как модистка аж задохнулась.

— У меня такого не шьют!

Лиля искренне не могла понять причины благородного негодования. Мало ли где и чего не делают?

— Ваше сиятельство, если я сошью такой позор…

— А вы не шейте лично?

Иронии Марион не оценила.

— Мою мастерскую все станут презирать! Я шью для дам из высшего света…

— А графиня для вас недостаточно высоко стоит?

— Я могу предложить вам платье самого лучшего фасона…

Лиля сдвинула брови.

— Марион, вы беретесь за эту работу или нет? Если нет — я просто выкуплю материал. Если да — я хочу получить свой заказ через два дня!

— Берусь, — прошипела Марион.

— Ваше сиятельство, а материал?! А работа?!

Действительно, бархат — дорогое удовольствие. Но опять-таки. Она вирманам платит чуть больше в месяц. Не надо ее дурить.

— От вас не требуется шить парадное платье. Извольте сделать то, что я приказала. Юбка и жилет.

Про блузку Лиля даже заикаться не стала. Марион ей настолько не понравилась, что дарить сей сушеной вобле новые идеи…. Насколько ей был симпатичен Хельке, настолько раздражала эта стервятина! Эввир был… живой! Эта же…

— Я сделаю, как вы приказали, Ваше сиятельство.

А на лице воблы отчетливо читалось, что ее бы воля — она бы такую клиентку выгнала поганой метлой. Что это такое?! Юбка и жилет! Ни нижних юбок, ни оборок, ни вышивки, ни еще какой роскоши… омерзительно!

Лилю такими мелочами было не смутить.

— Два серебряных. И не советую торговаться. Я и так переплачиваю втрое!

Марион скривилась, но вынуждена была согласиться.

— Да, ваше сиятельство.

Лиля опустила ресницы. То-то же.

— Через два дня отправите мой заказ в трактир «Свинья и собака».

— Я непонятно выразилась?

Судя по лицу Марион — графиня уронила себя окончательно. А Лиля с тоской подумала — сколько ж она допускает таких ляпов?! Это Марион открыто поджимает губы. А остальные молчат — и мотают на ус.

Сколько пройдет времени прежде чем ее чудачества вызовут интерес?

И интерес у человека или людей, от которых не откреститься титулом?

Хорошо еще здесь нет святой инквизиции.

Обратно в трактир Лиля возвращалась слегка удрученной.