Средневековая история. Тетралогия

А когда поняла, что я ее не полюблю — стала моим врагом. У нас обошлось без серьезных последствий. Но смерть твоего старшего брата, смерть Джайса…

Оговорка многое сказала Рику.

Эдмона отец даже не назвал по имени. А Джайса…

— Ты был очень близок с графом.

— Они с Джесс были одним целым. А я ее любил. Джайс стал мне почти братом. Как надеюсь тебе — Джес?

— Мне жалко, что мы не родные по крови.

— Довольствуйся тем, что есть, — Эдоард погрозил сыну пальцем.

Эту тайну он унесет с собой в могилу. Лучше Джесу не знать, что в его жилах есть королевская кровь. Да и Рику тоже.

Нет, Эдоард не боялся, что Джес затеет что-то против брата. Или Рик…

Но что знает один — не знает никто. А вот если рассказать мальчикам… неизвестно где и когда всплывет эта тайна. А при дворе хватает подонков, любящих играть чужой жизнью.

Дал бы Альдоная ему еще лет десять жизни, хотя бы десять лет…

Джесс подождет его. И Джесс, и Джайс — они оба там, за порогом.

— Пап, я обещаю присмотреться, — Рик порывисто скользнул на колени к креслу отца, и Эдоард, совсем как в детстве, потрепал густые светлые вихры.

— Не соверши моей ошибки, сынок. Что там у Джеса с этой вдовушкой?

— Кажется, все серьезно.

— Ты не забыл, что Джес — женат? И ему нужен наследник от Лилиан?

— Забудешь такое… бочка с салом!

— Цыц! Ты знаешь, что верфи Августа одни из лучших в стране!

— Знаю. Ради такого на свинье женишься. Но делать ей наследника… брррр….

— А необходимость. С Джесом я еще поговорю. Пусть сначала сделает законного ребенка, а потом гуляет на стороне. Иначе — сам понимаешь, закон суров.

Если Лилиан умрет, не оставив Джесу наследника, ее приданное останется у Джеса. Да.

Много, но только деньги.

А верфи, которыми до сих пор заправляет старый Август, не достанутся никому.

Август завещает их той же церкви. Он человек религиозный. А этого Эдоард не хотел. Его Величество, хоть и верил в Альдоная, но искренне считал, что после Бога — на земле король. А потом уже и церковь. И лучше не давать ей слишком много воли. А то вон, в Уэльстере — Гард до сих пор с ними ругается!

Наглость какая — короля судить!

— Я напомню ему. Но мне кажется, что там любовь.

— Если кажется — молись Альдонаю. Иди уж, шалопай. Ты, надеюсь, с собой никого не тащишь?

Рик замотал головой.

Последняя его пассия оставалась дома, весьма недовольная. Но Рик сначала был принцем Ативерны, а потом уже мужчиной и рыцарем. Если ты, дорогая, можешь расстроить мое сватовство, а заодно и союз с соседями — сиди лучше дома.