Дело спящей красавицы (СИ)

Женщина и не думала смущаться. Она вперила руки в бока и взглянула на меня с усмешкой.

— А что в этом плохого? Ты ещё молод. Негоже парню вести себя как затворник, и упускать лучшие годы. Надо наслаждаться юностью и всем тем, что потом ты себе позволить не сможешь.

— Что вы имеете в виду? Что я могу делать сейчас? — удивился я.

— Спать по два часа и просыпаться возмутительно свежим, — принялась перечислять женщина, загибая наманикюренные пальцы, — Есть всякую гадость и не мучится желудком. Влюбляться на одну ночь. И драться на дуэлях ради девицы, имени которой вы не помните.

— Да вы романтичная особа, Любовь Федоровна, — удивлённо протянул я. — А я-то думал, что наш бухгалтер — расчетливая и коварная женщина.

— Одно другому не мешает, — отмахнулась призрак. — Мне хочется, чтобы ты творил глупости, за которые потом тебе обязательно должно быть стыдно. Иначе какой смысл в молодости?

— Ну… — я не нашелся с ответом.

— Но Арина Родионовна — это тебе не Регинка. С ней поиграть не получиться. Девушка она хорошая, правильная, благовоспитанная.

— Откуда такие познания? Вы подсмотрели, что она носит в своей сумочке.

Виноградова покачала головой:

— Глупый ты, Паша Нечаева стала почти своей в этом доме. Ночевала здесь. И я помню, как она мерила комнату шагами. И очевидно, что хотела зайти к тебе.

— Что? — опешил я.

Бухгалтер прикрыла ладонью рот и сделал вид, что смутилась.

— Ой, я наверно зря проболталась. Прости.

Отчего-то в моем горле пересохло, и я прохрипел:

— Любовь Федоровна, вы ведь пошутили? — Наверное, я просто что-то перепутала, — смиренно согласилась со мной обычно дерзкая Виноградова и направилась на кухню. — Заварю-ка я лучше тебе чаю, княжич.

— А где Фома?

— Отправился куда-то пару часов назад на своей страшной машине. И пока не вернулся, — не оборачиваясь произнесла Виноградова.

Я остался в гостиной один и растерянно смотрел вслед призрачной даме. Та словно не замечала моего смятения, что-то напевая себе под нос.

Внизу раздался шум, и я направился по лестнице в приемную. Открыл дверь и увидел Питерского. Тот вооружился лопатой и при моем появлении заулыбался.

— Проснулись, вашество. А я вот тут…

— Кого закапывать надумал? — уточнил я и слуга с улыбкой отмахнулся:"

"— Я розы решил посадить. Для нашей Любови Федоровны. Купил в торговых рядах саженцы. Я помню, она говорила что-то про красные. То ли именно такие хотела, то ли наоборот — только не их. Но я подумал, что мы начали новую жизнь. И надо всяких-разных посадить.