Дело спящей красавицы (СИ)

На второй день деревенские вновь тащили веселого же пса нарочно испачканного грязью мимо ворот и на этот раз их встретила некромантка. Она вернула кулон и привела мальчишек в беседку, где велела кухарке накормить всех блинами. С тех пор я каждое лето проводил в особняке в компании ребят, живущих по соседству. И много лет спустя пытался воскресить пса, который успел вырасти и состариться.

Я вспомнил все это за одно мгновенье, а потом с задумчивой улыбкой щелкнул пальцами. В углу комнаты тотчас вырос тотем. Он злобно уставился на охнувшую женщину и замершего дворецкого, который зачем-то взял в руку тяжелый канделябр.

— Вы носите траур по супругу, — медленно проговорил я. — Но подарили его запонки слуге. Не объясните, что это значит?"

"Некромант при деле

«Фонарь Харона» мне даже не понадобился. Да и не было времени его активировать. Уж очень мне не понравился канделябр, который сжимал в руке слуга Лопатиной. Да и вид у Прохора был очень уж недобрый. Пришлось прибегнуть к другому способу. Более затратному по силе.

Под ногами Прохора появились воздушные смерчи-тотемы, но я взмахнул рукой, и от меня в разные стороны веером разлетелись капли темной силы. Они впитались в стены и потолок, а через секунду, на втором этаже послышался вой и грохот переворачиваемой мебели. И от этих звуков слуга, который уже хотел было атаковать, застыл и испуганно посмотрел на потолок.

Со второго этажа через перекрытие просочился полупрозрачный силуэт, и я быстро напитал его силой. Призрак жадно присосался к нити, замерцал, являясь в мир. Это был крепкий мужчина в домашнем стеганом халате и тапочках. Волосы его были растрепаны, глаза смотрели недобро исподлобья, а губы кривились в презрительной усмешке. Шея и плечо были разворочены выстрелом, который, похоже, и впрямь «испачкал хозяином весь гобелен и стену». Мне повезло, что часть осколков костей осталась в стене, где Лопатин неудачно почистил ружье. На секунду призрак застыл, с интересом рассматривая гостиную, будто был здесь впервые. А затем обернулся к испуганной Лопатиной.

— Ну привет, Паулиночка, — ехидно произнес он и сделал шаг в ее сторону. — Как дела, любимая?

Женщина побледнела, отшатнулась и попятилась. Но позади ее было кресло, и Лопатина плюхнулась в него, со страхом глядя на приближающегося призрака.

Канделябр выпал из ладони Прохора и со стуком ударился о доски пола. И этот звук отвлек Лопатина. Он обернулся, взглянул на слугу.