Алая сова Инсолье 2 (СИ)

— Да с каких пор я у тебя разрешения должен спрашивать? Может, и в кусты одному теперь нельзя, чтоб отлить?! Даже старший брат, — тут я физически почувствовала, как Инсолье перекосило от одной формулировки, — не подтирает младшим зад каждые три минуты! Отцепись от меня, плесень святая, и иди лучше костер развороши, сейчас погаснет. А Имран все еще голодна.

— Хм… — протянул Паоло, но Инсолье отпустил. Мой муж поднял тушки, подхватил кинжал и поспешно скрылся в кустах. После того как он узнал о моем своеобразном зрении и способности слышать вещи, всякие «кровавые» и «неприличные» вещи от меня стали скрывать.

Из-за кустов еще долго слышалось недовольное гудение, словно там в середине засел большой сердитый шмель. Еще оттуда доносились влажные шлепки, треск костей и прочие кулинарные звуки.

Паоло тем временем занялся костром. Но надолго его не хватило, и, подбросив дров, паладин направился к «пчелиным» зарослям.

— Паоло, подожди, — окликнула я его. — Можно тебя кое-что спросить?

— М-м? Да, конечно, сестренка. — Всегда, когда паладин разговаривал со мной, его голос менялся. Он становился намного мягче, тише и был буквально пропитан одновременно заботой и виной.

— Почему ты так легко согласился принять на себя клятву? — Я решила не ходить вокруг да около и спросить прямо. Насколько я поняла характер брата (смешно, но теперь по здешним законам он мне действительно брат. Настоящий), это была самая правильная политика. Кривые дорожки и тонкие намеки не для Паоло, хотя он вовсе не дурак и умеет играть в стратегию.

— Чтобы защитить тебя, конечно. — Я не могла видеть, скорее, почувствовала, как он улыбнулся. Всем телом паладин потянулся ко мне, стараясь привычно уже взять меня за руку, но быстро себя одернул, воровато прижимая стиснутую в кулак ладонь к своей груди. — Пусть ты ничего не помнишь, и пусть ты… тебе действительно нравится этот му… мужчина. Я приму это. Но мир намного грязнее, чем ты себе представляешь. А человеческая ложь не знает границ. Потому, даже принимая, отпустить я тебя не могу, сестренка. Ты мне слишком дорога.

— Я не в восторге от такого отношения, — честно и прямо выдала я, как отрубила. — Я совсем не та Имран, какую ты помнишь. И я взрослая женщина, которая умеет разбираться со своими проблемами.

— Я не спорю, совенок. Ты выбрала, — как-то слишком поспешно согласился паладин. — Если некромант тебе нравится, то он останется рядом с тобой. Не предаст и не убьет. Я позабочусь.