Сотвори себе удачу

– Главное, конечно, собор Саграда Фамилия… – он лишь на мгновение остановился, сделав акцент на своей эрудиции, но не дал Николе воспользоваться паузой, – как по-испански звучит название собора Святого Семейства…

Но Николе все-таки удалось перехватить инициативу, когда архивист набирал воздух перед следующей фразой:

– Ничего не блеф! – возмутился архивист. – Человек, полностью посвятивший себя профессии, а последние годы он и жил при этом соборе. Праведный образ жизни…

– Какой праведный! – перебил его Никола. – Он был любовником Гюэлля.

Жена Гюэлля его терпеть не могла!

– Как вы можете так говорить! – взорвался архивист.

– А так и могу! Кто это станет оплачивать всякие дымоходы с рожицами! Из любви к искусству?

– Да как вы смеете так говорить? – Архивист вскочил.

– Да бросьте вы! Романтизм все это. Архивная крыса в подвале всю жизнь провела и жизни не знает.

– Прекрати, Никола! – просто закричала на него Люда вне себя от бешенства. – Извините его, пожалуйста. Он у нас, кроме денег, ничего не понимает… – повернулась она к архивисту.

– С вашего позволения, я откланяюсь. – Архивист уже успокоился. – Благодарю вас! – церемонно кивнул он Николе, убирая доллары во внутренний карман пиджака. – Если возникнет какая надобность, звоните, что можем, сделаем. Всего доброго, – улыбнулся он Люде.

Никола подчеркнуто вежливо проводил его до двери.

– Ну теперь рассказывай, что с тобой стряслось. – Никола подсел к Люде.

– Я знала, Никола, что ты прагматик, но открытое хамство ты все-таки держал бы при себе, – огрызнулась Люда.

– Да ладно тебе. Заступилась за старичка. Сердобольная ты моя. Так что же все-таки с ногой?

– Да поскользнулась на улице. Ты что, не видишь, какая погода? Ладно, давай лучше скажи, что с домом.

– Надо еще экспертизу фундамента сделать. А ты лежачая. Опять все мне самому! – развел он руками.

– Что ж тут сделаешь… Отнять хочешь гостиницу? Не отнимай у меня гостиницу… А?

– А ты попроси хорошенько!

– Ты все-таки свинья!

– Ай! Да ладно тебе, – отмахнулся Никола. – Обещал – значит, твоя.

Мне, конечно, до Гюэлля далеко, но некоторые твои капризы я все-таки могу оплатить…

Он выжидательно посмотрел на Люду, но она сделала вид, что пропустила его намек мимо ушей. И он сдался:

– Ладно! Не хнычь! Лучше давай расскажи, как ты собираешься делать гостиницу? Картинки у тебя есть? Что ты там наваяла? Прикинула варианты? Ты помнишь, главное – сохранить фасад, это архитектурный памятник.

– Там от памятника ничего не осталось. Сам же видел.