История «Солнечного Ветра»

Это нужно для того, чтобы не оставить противнику ни одного клочка земли, за который он мог бы зацепиться. Иначе потом можно пожалеть так, что мало не покажется. Поэтому в настоящий момент к югославско-итальянской границе подтягиваются советские соединения и те части югославской народной армии, которые, исходя из результатов орбитального психосканирования, посчитали абсолютно надежными. Но это было далеко не самым важным событием на этом направлении, ибо, будучи уверенными, что Тито ни за что не выступит на стороне Сталина, американцы не держали в Италии сколь-нибудь значимых контингентов, да и сама армия поедателей пасты под острым соусом не представляла собой ничего серьёзного.

По логике развития событий, Северная Италия — это третьестепенный театр военных действий.

Американцы планировали решить все свои задачи, в первый же день войны сбросив на Югославию сорок три атомные бомбы, а всего за время проведения европейской наземной операции на эту небольшую страну должны были упасть шестьдесят пять атомных бомб.

И плевать было Вашингтонским стратегам на то, что Тито объявил себя нейтральным. Наивный славянский дурачок… В схватке за господство над миром нейтралов не бывает. Товарищ Сталин и император Серегин решили все свои задачи, ликвидировав изменника Тито и похитив его подручного Ранковича. Как только кончился Тито, прекратило своё существование такое явление, как титоизм. И сразу же из-под спуда полезло то, что Тито старался давить, начиная с сорок восьмого года, когда он удостоверился в незыблемости своей личной власти. Победа в партизанской войне с германскими оккупантами, их подручными усташами и исламскими бошняцкими экстремистами — целиком и полностью заслуга сербо-черногорского народа, явившего миру невиданные образцы героизма и самоотверженности.

Но ещё до конца той войны Тито начал принимать к себе родных по крови перебежчиков с противоположной стороны, до последнего верой и правдой служивших режиму Анте Павелича, а сербских офицеров старой королевской армии, не участвовавших в борьбе на стороне коммунистических партизан, напротив, подвергали огульным репрессиям.

Также большинство политзаключенных в тюрьмах и лагерях (а не только на Голом Острове) по национальности были сербами, а по политической ориентации — коммунистами сталинского толка. Немалое количество их боевых товарищей и единомышленников оставались на свободе и при некоторой доле власти, ибо решили не перечить солнцеликому вождю.