Апельсиновый сок

– Тридцать восемь, – честно ответила Вероника с законной гордостью женщины, знающей, что больше тридцати двух ей никто не даст.

– Здорово выглядите, – похвалил ее собеседник. – Молодильные яблоки, наверное, едите? Но ведь ваша должность не помешает нам познакомиться поближе?

– Еще как помешает! – Вероника аккуратно начала двигаться к двери. – Вы же сотрудник больницы, верно? А я никогда не вступаю в личные отношения с подчиненными.

– Советую вам не относиться ко всему так серьезно.

– Простите, но я не нуждаюсь в ваших советах.

Она попыталась заморозить нахала ледяным взглядом, но парализующей силы хватило только на те две минуты, за которые Вероника покинула собственный кабинет. Вслед ей понеслись крики: «Девушка, постойте! Да куда же вы?» Судя по всему, электрик пришел в себя и готов к новому раунду светской беседы.

Вероника уже минут сорок гуляла по супермаркету, не решаясь положить в корзину хоть что-нибудь. В последнее время у нее развилась болезненная привередливость в отношении продуктов. Она не могла покупать овощи и фрукты, лежавшие в свободном доступе, – мысль, что до нее кто-то трогал эти помидоры и яблоки, была невыносима. Колбасу она не покупала совсем: раз уж изготовители открытым текстом пишут, что в ней содержится соевый белок, остается только догадываться, что они кладут туда на самом деле. Можно было бы взять кусок свинины, быстренько начинить его морковью и чесноком, завернуть в фольгу и сунуть в духовку минут на сорок – такая буженина была бы достойной альтернативой колбасе, настоящий домашний продукт при минимуме трудозатрат, но в этом супермаркете свежего мяса почему-то не продавали.

До заморозки опускаться не хотелось, но чем же кормить Миллера на ужин? Раньше, когда они встречались от случая к случаю, оба не задумывались о еде, но теперь, когда она почти официально поселилась у любовника, следовало готовить ему то, что он любит.

К сожалению, Миллер хранил свои гастрономические пристрастия в тайне. На прямой вопрос: «Что приготовить на ужин?» – он всегда отвечал, что ему все равно. Это тревожило.

Если он видит в ней будущую жену, вполне естественно ознакомить ее со своими вкусами. Или он думает, что любящее сердце само подскажет ей, какую кашу он предпочитает?

Вероника вдруг поймала себя на неприятной мысли: она слоняется здесь не потому, что хочет порадовать Миллера вкусным ужином, а потому, что так положено, потому, что хорошая жена обязана обеспечить мужа бесперебойными поставками горячей пищи.