Любовник леди Софии

На нее тотчас нахлынули воспоминания… Перед ее мысленным взором возникли серые глаза сэра Росса, она словно наяву увидела, как вздымается его грудь, ощутила его горячие губы, его обжигающий поцелуй…

Энтони был большим любителем прихвастнуть о своих победах на любовном поприще, о том, какой он искусный любовник, но теперь к ней в душу закралось подозрение, что это была не более чем пустая похвальба. Всего за несколько минут сэр Росс разжег в ней такое желание, какое никогда не удавалось разжечь в ней Энтони… Более того, София подозревала, что это лишь малая толика того, что он еще подарит ей в будущем.

От этих мыслей ей стало страшно — ведь когда она окажется с ним в одной постели, ей будет трудно сохранять при этом холодную, трезвую голову. Ну почему он не оказался старым и чванливым, мысленно сокрушалась София, наполовину рассердившись, наполовину отчаявшись. Ведь теперь ей будет несравнимо труднее предать его, да и она сама вряд ли выйдет из этой истории, торжествуя свою полную над ним победу.

Расстроенная до глубины души, она переоделась в ночную сорочку, причесала щеткой волосы и ополоснула холодной водой лицо.

София по-прежнему чувствовала огонь желания. Всем своим существом она жаждала новых ласк и прикосновений его рук, его губ. София со вздохом взяла свечу и, слегка отдернув в сторону штору, поднесла ее к окну. В доме номер три уже было темно, и лишь в кабинете сэра Росса по-прежнему горел свет. София даже сумела различить его силуэт, склонившийся над рабочим столом.

«Все еще работает», — раздраженно отметила она про себя.

А как же данное ей обещание, что он также отправится спать?

И, словно ощутив на себе ее взгляд, сэр Росс поднялся из-за стола и потянулся, а затем посмотрел в окно. Хотя лицо его оставалось в тени, София была уверена, что он смотрит в ее сторону. В следующее мгновение, отвесив почтительный поклон, он повернулся и погасил на столе лампу. Его кабинет тотчас погрузился в темноту.

В течение трех дней Росс допрашивал Ника Джентри, допрашивал сурово и настойчиво, как привык это делать с самыми закоренелыми преступниками, обычно добиваясь их признания.

Увы, Джентри оказался не таков. Более того, он был совершенно не похож на тех, с кем Россу до этого приходилось иметь дело. Он был колючим и одновременно на редкость спокойным, словно ему нечего было бояться и нечего терять. Росс тщетно пытался понять, что для этого человека главное в жизни, каковы могут быть его слабости, однако так ничего и не сумел добиться.