Любовник леди Софии

 — Росс Кэннон подождал, пока она вновь не посмотрит ему в глаза, и лишь затем продолжил: — Я проявил бы лицемерие, если бы сказал, что осуждаю вас за вашу сердечную слабость. Мы все совершаем в этой жизни ошибки.

— Только не вы, сэр.

Эти ее слова заставили Росса криво улыбнуться.

— И в особенности я, — грустно произнес он.

В ее голубых глазах тотчас вспыхнул интерес.

Этот вопрос посетительницы позабавил Росса. Ему импонировало ее бесстрашие, под которым безошибочно чувствовалась тонкая, ранимая душа.

— Вам это знать ни к чему, мисс Сидней.

София улыбнулась, хотя и не сразу.

— В таком случае я позволю себе усомниться в том, что вы совершали ошибки.

Такую улыбку обычно можно увидеть на лице женщины после страстных любовных утех. Редкая женщина может похвастать такой легкой, естественной чувственностью, таким божественным теплом, от чего любой мужчина тотчас начинает ощущать себя этаким жеребцом-производителем на конном заводе. Совершенно выбитый из колеи, сэр Росс сосредоточил внимание на поцарапанной поверхности стола.

К сожалению, это занятие никак не помогло ему избавиться от навязчивых образов, которые, не давая покоя, так и лезли ему в голову. Вот он повалил ее на стол и срывает с нее одежду… Боже, как он мечтал в этот момент целовать ей грудь, живот, бедра… раздвинув их, зарыться лицом в нежные солоноватые лепестки и пить с них нектар до тех пор, пока она не начнет сладостно стонать и извиваться в экстазе! А затем, когда она будет готова принять его, расстегнуть брюки и как можно глубже погрузиться в нее, и еще, и еще, и еще, пока он наконец не пресытится ее плотью. А потом…

В гневе на самого себя за свою слабость главный судья нервно забарабанил пальцами по столу, силясь вспомнить, на чем, собственно, остановился их разговор.

— Прежде чем обсуждать мое прошлое, — сказал он, — нам лучше еще немного поговорить о вашем. Скажите, повлекла ли за собой эта ваша связь появление на свет ребенка?

— Что ж, вам повезло, — заметил он.

— Вы родом из Шропшира?

— Нет, сэр. Я, как и мой младший брат, появилась на свет в небольшом городе на Северне. Мы… — Тут София запнулась, а по лицу ее пробежала тень. Росс тотчас уловил, что воспоминания могут быть ей неприятны. — Мы с ним рано осиротели. Видите ли, наши родители утонули во время лодочной прогулки. Мне не было еще даже тринадцати лет. Мой отец имел титул виконта, но земли у нас было мало, равно как и средств, чтобы ее содержать.