Любовник леди Софии

Ведь он придумал план, способный вызволить своего новоиспеченного родственника из петли, более того, план, успех которого мог пойти на пользу всей Боу-стрит, — но, увы, риск был чересчур велик. Ведь характер Джентри представлял собой гремучую смесь самых противоположных качеств — это был и бесстрашный ловец преступников, и жестокий владыка преступного мира, и герой, и дьявол во плоти. Как ни странно, в данный момент Джентри оказался где-то посередине и никак не мог решить, какую из своих ипостасей явить миру. Однако если проявить по отношению к нему железную волю, если поставить над ним того, чья сила духа окажется тверже, нежели его собственная…

«Ведь ему никто ни разу не дал возможности исправиться, — как-то раз заметила София.

 — Будь у него шанс начать жизнь сначала… подумай, кто из него мог бы получиться».

Что ж, он рискнет предоставить Джентри такой шанс, хотя бы ради Софии. Более того, если он этого не сделает, если не протянет ее брату руку помощи, в их отношениях навсегда останется глубокая трещина.

— Я хочу кое-что тебе предложить, — обратился он к Джентри. — Советую как следует взвесить то, что я тебе сейчас скажу.

На губах молодого человека заиграла циничная улыбка.

— Интересно, интересно.

— Надеюсь, ты отдаешь себе отчет в том, что против тебя имеются неопровержимые улики. Если я захочу, они могут бесследно исчезнуть.

Джентри поднял на Росса глаза — на этот раз в них читалась искренняя заинтересованность. Судя по всему, процесс заключения подобных сделок был ему не в новинку.

— А как же свидетель, который готов дать против меня показания?

— Это моя забота, — ответил Росс.

Он услышал, как София шумно втянула в себя воздух, однако даже не посмотрел в ее сторону. Он едва ли не кожей ощущал ее изумление — судя по всему, она отказывалась верить, что ради ее брита известный своей неподкупностью главный судья готов поступиться принципами. За десяток лет, проведенных в судейском кресле, Росс ни словом, ни делом не дал оснований заподозрить его в продажности.

Насколько ей было известно, манипулирование свидетельскими показаниями противоречило его натуре. Однако Росс, пересилив себя, продолжал:

— В обмен на то, что я сделаю для тебя, ты тоже для меня кое-что сделаешь.

— Разумеется, — насмешливо отозвался Джентри. — Не трудно угадать. Тебе надо, чтобы я уехал из Англии и больше никогда не показывал сюда носа.

— Отнюдь. Я хочу, чтобы ты стал сыщиком.

— Что? — удивился Джентри.

— Росс! — не удержалась на этот раз София.