Любовник леди Софии

 — Вы представить не можете, как я рада тому, что сэр Росс наконец обрел свою половину. Вы, должно быть, поистине удивительная женщина! Я просто поражаюсь, как вам удалось заставить Росса расстаться с его затянувшейся холостяцкой жизнью!

София ответила ей улыбкой:

— Уверяю вас, это он соблазнил меня выйти за него замуж!

В этот момент в их разговор вмешался сэр Грант. Сегодня заместитель главного судьи был совсем не таков, каким привыкла видеть его София на Боу-стрит. Более того, от нее не скрылось, как Морган любуется своей женой.

Вид у великана был счастливый и довольный, как у кота, греющегося на солнышке.

— Позволю с вами не согласиться, моя дорогая, — вмешался он в их женский разговор. — Этот брак выгоден для сэра Росса во многих отношениях. И это очевидно для всех, кто его знает.

— Верно, — задумчиво согласилась с ним леди Виктория, отыскав взглядом в толпе приглашенных внушительную фигуру Росса. — Ваш супруг уже давно не выглядел таким довольным. Признаюсь, я уже забыла, как он улыбается, а сегодня он дарит нам всем улыбки.

— Диву даюсь, как только при этом не треснуло его лицо, — пошутил Морган.

— Грант! — одернула мужа леди Виктория. София рассмеялась. Морган подмигнул ей и повел жену дальше.

Музыканты играли Баха. София глазами поискала среди гостей мужа, но его нигде не было видно. Нежная мелодия почему-то навеяла на нее грусть. Посмотрев на сверкающий подол платья, София пригладила его затянутой в перчатку рукой. Боже, как счастливы, будь они живы, были бы ее родители! Как радовались бы они тому, что ей повезло выйти замуж за такого человека, как Росс Кэннон.

Но безусловно, им наверняка было бы тяжело узнать, что стало с их единственным сыном. Неожиданно София вновь почувствовала себя ужасно одинокой. Как жаль, подумала она, что брат не может присутствовать на ее свадьбе. Но увы, Это невозможно. Ведь они с Джоном обитают в совершенно разных мирах! И вряд ли им когда-либо удастся преодолеть ту пропасть, что сейчас отделяет их друг от друга.

— Леди София, — услышала она рядом с собой чей-то голос.

Обернувшись, она увидела перед собой лицо, которое всеми силами старалась забыть, и забыть навсегда.

— Энтони! — прошептала она, чувствуя, как у нее все похолодело внутри.

Энтони Линдхерст был точно таким, каким она его запомнила, — холодно-циничным, с высокомерной улыбкой. София отказывалась поверить, что ему хватило наглости заговорить с ней. Потрясенная до глубины души, она даже не ответила на его поклон.