Любовник леди Софии

 — Хотя я и была буквально в двух шагах от него, но его самого я не видела.

— Его карета стоит за углом, — многозначительно намекнул Лэнниган. — Если вы там подождете, глядишь, и посмотрите на него хотя бы одним глазком.

София рассмеялась в ответ на его предложение:

— Ну, у меня есть куда более важные дела, чем смотреть на такого негодяя, как Ник Джентри!

Однако любопытство все же взяло верх. Выйдя из лавки, София остановилась и обернулась туда, где чуть дальше по улице стоял черный лакированный экипаж, украшенный позолоченным орнаментом. И сама карета, и шестерка лошадей свидетельствовали о привычке их владельца щеголять неправедно добытым богатством. На облучке, низко надвинув на глаза шляпу, со скучающим видом сидел кучер, а рядом с дверью в ожидании хозяина застыл вооруженный лакей.

София сама не могла понять, почему ею овладело такое неодолимое любопытство. Возможно, одна из причин заключалась в том, что сэр Росс ненавидел этого Джентри, как никого другого. Ведь этот самонадеянный самозванец олицетворял вызов всему тому, что для главного судьи было свято. И хотя Джентри любил выставить себя поборником законности и правопорядка, по натуре своей он оставался тем, кем был всегда, — закоренелым преступником. Шантаж, доносительство, организованная преступность, оговор невинных людей, обычное воровство и разбойничий грабеж — все это числилось на совести самозваного блюстителя порядка. Уже само его существование было вызовом моральным принципа Росса. И тем не менее в глазах многих этот проходимец оставался героем. Те же, кто видел его насквозь, боялись перейти ему дорогу.

Пока София размышляла над прегрешениями, что были на совести Джентри, она увидела, как толпа перед домом расступилась и через образовавшийся проход зашагала высокая мужская фигура. Походка у него была какая-то расхлябанная, исполненная высокомерной пренебрежительности, — это было видно по тому, как Джентри держал плечи, как легко, словно пританцовывая, шагал сквозь толпу. И пока он шел, любопытные, что выстроились перед домом, тянули руки в надежде прикоснуться к своему кумиру, похлопать его по плечу или спине, а вслед ему летели веселые приветствия:

— Вот он наш бравый парень — Ник Джентри!

Черный Пес? София сморщила нос — таким отвратительным показалось ей это прозвище. Прижавшись спиной к стене дома, она наблюдала за тем, как толпа провожает Джентри до кареты. Как только этот сомнительный герой подошел ближе, София, к своему удивлению, увидела, что он молод и хорош собой.