Крап-чаг соединяет (СИ)

Э-эх, похоже с будущим мужем определилась, пора начать завоевание. Пока она двигалась к нему через комнату, виляя задницей как последняя куртизанка и мягко улыбаясь, заметила, как он снова перестал дышать и, не двигаясь, с вытянувшимся лицом наблюдал за ее перемещением. Как только Женевьева подошла практически вплотную, быстро заговорила, не стирая с лица довольной улыбки.

— Здравствуйте! Мы не знакомы, меня зовут Женевьева, и пока от моего деверя дождешься, что нас представят друг другу, можно покрыться плесенью и умереть от старости. Я знаю, что вас зовут эльтар Йанур доран Вайсир! Вы простите нас. Мы с Анитой еще не совсем привыкли к вашим фамилиям, титулам и правилам этикета, да и языка не знаем, но обещаю — скоро научимся. Станем такими же приторно вежливыми как и Ева с Рантаиром!

Она шаловливо улыбнулась и, протянув руку, взяла его ладонь, слегка пожимая, посылая теплую волну симпатии. В следующий момент Женевьева почувствовала горячую волну удовольствия, окатившую ее с головы до ног и жарким пламенем застрявшую внизу живота. Качнувшись от так неожиданно испытанного наслаждения, она не думая ухватилась одной рукой за ворот харуза Вайсира. Уткнувшись ему в грудь лицом, пыталась прийти в себя и все еще продолжала гореть от прикосновения, чувствовала его и, как ни странно, ощущала не просто аромат его тела, но и его энергии. Такое случилось впервые, и она с легкой усмешкой про себя заметила, что человеческие мужчины пустые и безвкусные по сравнению с Вайсиром. Вот что она искала в других и в поисках чего вытерпела два суперкоротких романа на Земле, а после горького осознания, что это все не для нее, провела столько лет в безнадежной депрессии. А тут такое! Отстранившись от груди, заглянула ему в лицо и замерла. Сцепив в тонкую линию губы, словно пытаясь удержать в себе крик, закрыв глаза, мужчина явно испытывал то ли боль, то ли удовольствие, крепко сжимал ее руку своей и часто дышал, грудь ходила ходуном и Женевьева заметила, как по его телу пробегает едва заметная дрожь. Она испугалась и, сжав свои пальцы у него на ладони, тревожно прошептала пытливо вглядываясь ему в лицо.

— Йанур, вам нехорошо? Вам больно?

Резко открывшиеся умные карие глаза с расширенными зрачками были все еще подернуты прозрачной красной пеленой, но уже больше походили на человеческие, без жуткого вишневого оттенка.