Грешный соблазн ночи

Никогда не уважала женщин, торговавших своими телами!

А тут….

Марию снова обдало холодом, и она поёжилась.

Она серьезно подумала, что Демьян ударит её. Его лицо исказила ярость, черты стали жесткими и злыми, клыки промелькнули в ночных сумерках. Вот таким он, наверное, представал перед теми, кого приходил убивать.

За считанные секунды перед Марией промелькнула вся её жизнь. Она смотрела на возвышающегося перед ней вампира, и думала, что пришёл её конец, что она перегнула палку. Самое обидное заключалось в том, что Мария первая воспротивилась бы, если бы ей кто сказал, что ей надо будет переспать с человеком, чтобы что-то получить! Она назвала бы его моральным уродом и негодяем!

Сама же…

Мария перевела дыхание, подхватила сумку с вещами и бесшумно вышла из дома.

Демьян дал ей час, и он очень четко сказал, чтобы она не смела опаздывать.

Пока девушка направлялась к водоему, её мысли снова вернулись к драме, что развернулась по её вине.

Когда она очутилась на земле, то сначала не поняла, что произошло.

Почему Демьян оттолкнул её? И как в замедленной съемке, она осознала, что именно сказала…

Демьян изменился до неузнаваемости. Из нежного трепетного любовника он превратился в смертельно опасного хищника. И теперь этот хищник направлялся к ней.

Мария не могла знать, как порочно красиво выглядит. При падении она упала на спину, приподнялась на локти и с удивлением пыталась понять, что случилось. При этом она запоздало поняла, что её ноги раздвинуты, и её розовая плоть оказалась доступна взору Демьяна.

И он оценил представшую перед ним картину.

Молча.

Тяжело дыша.

Яростно сжимая кулаки.

Казалось, от гнева его тело деформировалось, увеличилось в размерах. Он стал похожим на монстра. И злость этого монстра была направлена на неё.

Лишь тогда Мария осознала, какую нелепость сморозила. Но было поздно. Сказанного — не воротишь.

— Я…

— Ты!!!….

Они начали говорить одновременно, и жалобный писк Марии потонул в громовом рыке Демьяна. И она испугалась. По-настоящему.

Сейчас он будет её убивать…

За всё время их общения у неё не возникала мысль о расправе. Насилие, физической травме — да, но о расправе — нет.

Убегать было бесполезно. И Мария, зажмурившись, осталась лежать на прохладной земле.

Мужская рука больно схватила её за здоровое предплечье и дернула, поднимая на ноги. Мария безропотно повиновалась. В голове билась мысль, что если она не будет сопротивляться, то, возможно, Демьян передумает….

Он молчал.