Снежинка для лютого (СИ)

Он глядит на меня, и в его глазах застывает страх. Да, правильно, я тебе не беззащитная девочка, которую ты можешь насиловать.

– Хорошо, погуляйте пока.

Парни тут же выходят. И мы остаёмся одни. Беру Ника за волосы и приподнимаю голову, эта мразь морщится.

Больно тебе?! А ей не было больно. Опять чувствую, как ярость овладевает мной. Но приглушаю ее, хочу, чтобы парень мучился.

– Узнаешь меня? – спрашиваю вкрадчиво и тихо. Тот кивает. – А мне кажется, нет. Или просто не запомнил мои слова.

– Вы не имеете права… – хрипит он, сплевывая кровь. – Мой отец…

Удар прямо в челюсть, но слабый, чтобы Ник все же мог говорить. Хочу услышать его крики.

– Про отца можешь потом с моими парнями потолковать, если сможешь, конечно, – усмехаюсь, так как знаю, что не сможет. – А мы поговорим про девочку, которую ты тронул…

– Это не я… она сама… – хрипит Ник, отхаркивая кровь, но по глазам вижу, знает, что не поверю его словам.

– Сама, блядь, что?! – я не выдерживаю. – Зажала тебя в коридоре!?

Удар по лицу.

– Била и насиловала?!

Удар.

– Хотела изнасиловать?!

Удар. И мразь падает вместе со стулом. Хватаю его за волосы, поднимая. Лицо в мясо, Ник уже ничего не говорит, просто стонет. Склоняюсь, теперь мы лицом к лицу.

– Еще раз предупреждаю, сука, – начинаю тихо. – С университета ты уйдёшь, сам или помогут – мне без разницы. И запомни, если только просто посмотришь в ее сторону и не, дай бог, прикоснешься, наша третья встреча станет для тебя последней. Ты понял меня?

Ублюдок глядит на меня, на глазах – слезы, а в них – страх. Да, это все что нужно.

– Понял?! – трясу его.

– Д-да, – хрипит парень, после этой встречи понты у него точно поубавятся.

Отхожу. Ну, можно еще припугнуть и отпустить. Он никому ничего не расскажет, теперь будет бояться собственной тени. Выхожу и вдыхаю свежий морозный воздух. Запах гнили и крови этой мрази выветривается из легких.

– Немного еще припугните и отпускайте, высадите где-нибудь, дорогу найдет сам, – я даю указания своим ребятам.

– Будет сделано, – кивают они синхронно.

Иду к машине. Все, больше не хочу здесь находиться. Хочу к своей Снежинке.

Еду домой, туда, где находится мое самое ценное сокровище. Мама Насти вовсю что-то готовит, при виде меня с кровью на руках пугается.

Ну да, не самое лучшее, конечно, появление.

– Все хорошо? – спрашиваю я

– Да… Это твоя? – ошарашенно задает вопрос женщина, кивая на мои руки.

– Нет, того, кто успел обидеть, – усмехаюсь, не хочу что-то скрывать и строить из себя благородного.