Снег на кедрах

– Миссис Хайнэ, – обратился к ней Элвин Хукс, остановившись, – а после того случалось вам иметь дело с семьей Миямото? После того, как выслали им деньги?

– Да, случалось, – ответила Этта.

– Когда же? – спросил Элвин Хукс.

Этта закусила губу, вспоминая.

– В июле 1945-го, – наконец ответила она. – Вот этот появился у меня на пороге.

И показала на Миямото Кабуо.

– Подсудимый?

– Да.

– Он появился у вас на пороге в 1945-м? На пороге квартиры в Эмити-Харбор?

– Да, именно.

– Он предварительно звонил вам? Вы его ждали?

– Нет. Взял и появился. Просто так.

– Просто так? И даже не предупредил? То есть появился прямо из ниоткуда?

– Да, так, – ответила Этта. – Прямо из ниоткуда.

– Миссис Хайнэ, – обратился к ней обвинитель, – как подсудимый объяснил вам цель своего визита?

– Сказал, что хочет поговорить насчет земли. Насчет моей земли, которую я продала Уле Юргенсену.

– А что именно он сказал, миссис Хайнэ? Вы можете вспомнить? Это важно.

Этта сложила руки на коленях и глянула на Миямото Кабуо. По взгляду того – а уж ее-то он не проведет – она видела, что он все помнит…

Японец стоял у нее на пороге, опрятно одетый, и, сцепив руки, смотрел не моргая. Стояла июльская жара, и в квартире было настоящее пекло; на пороге же ощущалась прохлада. Они смотрели друг на друга в упор; Этта, скрестив руки на груди, спросила у японца, что ему надо.

– Миссис Хайнэ, – заговорил он, – вы помните меня?

– Еще бы не помнить, – ответила Этта.

Она не видела его три года, с той самой поры, как в 1942-м вывезли всех этих японцев, но сразу узнала. Это он дал Карлу удочку, это его она видела из окна кухни с деревянным мечом в полях. Он был старшим ребенком в семье Дзэнъити – она помнила его в лицо, но имя вспомнить не могла, – это с ним пропадал ее сын.

– Я приехал три дня назад, – сказал он. – А Карла, наверное, еще нет дома?

– Карл умер, – ответила Этта. – Карл-младший сражается. С японцами. – И пристально посмотрела на молодого человека, стоявшего на пороге. – Еще немного, и им крышка, – прибавила она.

– Да, еще немного, – отозвался Кабуо. Он расцепил руки и завел их за спину. – Мне очень жаль, что мистера Хайнэ больше нет. Я узнал об этом в Италии. Мать написала мне.

– Ну да, я же и сообщила ей об этом. Еще когда переслала вашу долю, – бросила ему в ответ Этта. – Написала, что муж умер и я вынуждена продать землю.

– Да, – подтвердил Кабуо. – Но, миссис Хайнэ, у моего отца была договоренность с мистером Хайнэ. Разве…

– Мистер Хайнэ скончался, – перебила его Этта.