Табор смерти

Его все время сверлила навязчивая мысль – лишь бы Заславский сегодня на Главпочтамте нашел письмо от Копача.

Еще приходилось выполнять отдельные поручения, которые слал Апухтин, но они много сил не отнимали. Сгонять в Генеральную прокуратуру и в МВД. Взять оттуда сведения. Переговорить с кем-то. Это было в радость, скрашивало ожидание.

Но основная работа – присматривать за Заславским и Главпочтамтом на улице Кирова.

В сером здании Главпочтамта с огромным гулким главным залом под стеклянным куполом Васин уже стал своим. Каждое утро специально допущенный к работе с органами сотрудник учреждения приносил почту на имя Заславского. И Васин ее внимательно изучал. Благо были специальные приспособления для вскрытия и запечатывания конвертов. Доверять дантисту он не собирался – у того на лице написано, что он со страху может выкинуть любой фортель.

Однажды утром, в тесной каморке Главпочтамта, Васин распечатал очередное письмо, пришедшее из Тульской области от некоей Н.И. Степановой.

«Жди в среду к полудню. Привезу посылку килограммов на двадцать от дяди Митрофана. Готовь буфет под банки».

Вот оно! Естественно, письмо не от какой-то мифической Н.И. Степановой. Весточка эта лично от Копача!

Дантист очень подробно поведал о формах связи и используемых шифрах. Среда – завтра. Но дату нужно корректировать со сдвигом на день. Это значит в четверг. Полдень – на два часа сдвигаем. Выходит четырнадцать ноль-ноль.

Васин поборол желание обсыпать письмо порошком, чтобы выявить отпечатки пальцев. На такой желтой шершавой бумаге они держатся плохо. А письмо еще пригодится. Хотя бы для проверки дантиста.

Чуть позже Васин из узкого окошка служебного помещения наблюдал, как Заславский забирает свою корреспонденцию. По договоренности, получив известие, новый агент должен был немедленно доложить. И готовиться к дальнейшей работе.

Ну, теперь подождем. Просигналит ли Заславский о том, что получил весточку от цыгана? Или будет играть в свою игру?

Приехав на Петровку, Васин расписал Гоше Панарину ситуацию. Опер из МУРа приободрился:

– Как думаешь, Заславский струсит? Или цинканет нам?

– Запуганный он и хитрый, – рассудительно произнес Панарин. – Со страху должен нас прокатить. Но по хитрости понимает, что мы его контролируем. Думаю, позвонит.

Но Заславский все не звонил и не звонил. Часики тикали. Вон, уже к трем часам подбираются.

Телефонная трель, даже когда ее ждешь, всегда неожиданно бьет по нервам.