Янтарный след

При ее солнечной природе ее будет тянуть к золоту, и тем сильнее тянуть, что в ее собственной крови солнца мало. Но, скорее всего, все эти дары она все же отвергнет. Тогда попробуй ее запугать. Тебе нужно будет взять тот меч, что разит великанов. – Один взглянул на Фрейра и кивнул ему: – Отдай посланцу твой меч, иначе он просто не доберется до жилища Герд. А ты пригрози ей, что перебьешь всю ее великанскую родню. Если она и тогда не согласится… Останется один способ – зачаровать ее. Поможешь мне?

При этих словах он взглянул на меня.

– Фрейя, здесь понадобится твоя помощь. В искусстве составлять заклинания, поражающие ум и душу, тебе нет равных. Мы наложим на Герд проклятье. Я призову на помощь руны, которые укротят ее, и мы вместе скуем для нее такие оковы, что ей ничего не останется, кроме как согласиться. Ты должна понять: очень трудное дело – отнять у ётунов их солнце и переправить в Асгард.

Он был прав. Я владею искусством сейда – чарами, поражающими ум и душу жертвы. А Один владеет гальдром – его сила изменяет внешний мир. Он может доставить нашего посланца в Ётунхейм, а я могу дать ему оружие против великаньего упрямства девы. По одиночке ни один из нас, пожалуй, не справился бы с этим делом.

– Много времени на это нужно? – нетерпеливо спросил Фрейр. – Когда он сможет отправиться в путь?

– Мы постараемся все сделать поскорее, иначе Мидгард погибнет от твоей тоски. – Один усмехнулся. – Сделаем так: ступайте сейчас к Идунн и попросите двенадцать золотых яблок. Потом иди к себе и приготовь меч. А мы с Фрейей останемся здесь и будем плести для Герд пленяющие чары.

– Ин… Ты ведь согласна мне помочь, да, дорогая! – Фрейр обнял меня и прижался горячей щекой к моей щеке.

Обхватив его за плечи, я ощущала, как бьется его сердце. Весь он был воплощенное блаженство, а когда блаженство страдает, что же может его порадовать? Как же я могла отказать? Да я сама села бы на коня с восемью ногами и поехала через огонь, лишь бы он был счастлив.

– Я все для тебя сделаю, – прошептала я, щекоча носом его шею под ухом.

Ощутила, как он вздрогнул: его природа была жива, куда же он от нее денется?

– А я пойду искать Идунн!

Фрейр вскочил на ноги. В воодушевлении надежды его глаза заблестели, как смарагды, лицо приобрело то обольстительное выражение, от которого у любой великанши растает ее ледяное сердце в груди. Можно было не сомневаться – Идунн охотно даст ему не только десять яблок…

– Не говори ей, зачем тебе нужны эти яблоки! – крикнула я ему вслед.