Игра не для слабых: Дорога на юг

К небу взметнулись сотни языков пламени, выхватив из мрака очертания корабля-призрака. На мгновение мне показалось, что по его палубе снуют силуэты матросов. Настраивают такелаж и поднимают паруса, готовя своё последнее пристанище к вечному плаванию.

Лишь на мгновение. В лицо ворохом брызг ударил новый порыв ветра, заставив меня зажмурится. А когда я открыл глаза, погребальный костёр превратился в далёкую, едва различимую точку. Крохотное оранжевое пятнышко, стремительно растворявшееся в промозглом сером тумане.

Спустя минуту оно вовсе исчезло с горизонта. И этот проклятый день наконец-то подошёл к своему концу.

Пыльный полумрак небольшой комнаты разрезал яркий луч света, пробивавшийся между полуоткрытых ставен. Посреди помещения стоял стол, на котором расположилась небольшая жировая коптилка. Свет её крохотного, то и дело плевавшегося искрами огонька выхватывал из тьмы очертания двух фигур. Напротив коренастого мужика в сером, потрёпанном плаще и с надвинутым на лицо капюшоном сидела небольшой, сухощавый и немного горбившийся человек.

Лица его разглядеть не удавалось, но поза и движения выдавали в нём побитого пса, с неудачей вернувшегося к хозяину.

— То есть, как, потеряли весь отряд? — здоровяк хватил кулаком по столу так, что лампадка подпрыгнула. Огонёк над фитилём мигнул и погас, выпустив в потолок струйку тонкого, сизого дыма.

— Дьявол, — выругался здоровяк, щёлкая пальцами. Крохотный язычок пламени вновь заплясал над пропитанной маслом ниткой, — Так, как говоришь, это вышло?

— Точно не знаю.

Из отряда выживших не было, — затараторил худощавый, — Если верить рассказам агентов, находившихся в городе, они сцепились с орденом.

— Твою мать. Я же сказал им не трогать этих белорясников, — пробасил здоровяк, — Что послужило причиной? Почему нарушили приказ?

— Я точно не знаю, — пожал плечами тощий. Приложился к фляжке, нервно облизнул губы и добавил, — Если верить разведке, храмовники сами напали на них. Возможно церковь решила открыто выступить против нас.

— Это, несомненно, осложнило бы дело, — плечистый мужик задумчиво почесал торчавшую из под капюшона седую, клокастую бороду, — Но не думаю, что они готовы пойти на конфликт именно сейчас. Дела у синода идут, мягко говоря, херово. Контроль над столицей потерян, а этот епископ с севера объявил их всех вероотступниками и еретиками, — здоровяк мрачно ухмыльнулся, —

— Это… — начал было худощавый, снова нервно облизывая губы.