Что скрывал покойник

— Кто знал о существовании «Ярмарки» еще до того, как была убита мисс Нил? — спросил старший инспектор. Вместе с ним у огня сидели Питер, Клара, Бен, Оливье, Габри и Мирна.

— Жюри, то есть художественный совет, — ответил Питер.

— Разве вы не говорили о ней во время ужина в канун Дня Благодарения вечером в пятницу?

— Мы говорили о ней много и долго. Джейн даже описала ее, — подтвердила Клара.

— Это не одно и то же, — настаивал на своем Гамаш. — Кто до сегодняшнего вечера мог видеть «Ярмарку»?

Они растерянно смотрели друг на друга, пожимая плечами.

— Кто входил в состав жюри, или художественного совета, как вы его называете? — поинтересовался Бювуар.

— Анри Ларивьер, Айрине Калфат, Элис Джейкоб, Клара и я, — откликнулся Питер.

— А кто еще мог видеть ее? — снова спросил Гамаш. Этот вопрос имел решающее значение. Кто-то убил Джейн именно из-за написанной ею «Ярмарки». Он или она сочли жизненно важным увидеть картину, заодно разглядели в ней угрозу для себя, достаточную для того, чтобы внести изменения и совершить убийство.

— Айзек Кой, — вспомнила Клара. — Он смотритель галереи. Кроме того, я полагаю, что любой, кто пришел посмотреть на картины, представленные в экспозиции абстрактной живописи, мог случайно заглянуть в кладовую и увидеть там «Ярмарку».

— Это маловероятно, — возразил Гамаш.

— Случайно вряд ли кто-нибудь забрел бы туда, — согласилась Клара. Она встала с кресла. — Прошу прощения, но, кажется, я забыла сумочку у Джейн. Придется сбегать туда, чтобы забрать ее.

— В такой ураган? — спросила Мирна, не веря своим ушам.

— Я тоже иду домой, — сообщил Бен. — Разумеется, если я больше не нужен.

Гамаш кивнул головой в знак согласия, и гости разошлись. Один за другим они выходили в непроглядную черноту ночи, инстинктивно подняв руки, чтобы прикрыть лицо. Ночной воздух наполнился проливным дождем, мертвыми листьями и бегущими людьми.

Кларе нужно было хорошенько поразмыслить, а для этого требовалось безопасное место, каким всегда была для нее кухня Джейн. Она включила верхний свет, зажгла все настольные лампы и опустилась в большое старое кресло у плиты.

Не могла ли она ошибаться? Могла, причем наверняка. Она что-то забыла или придала чему-то слишком большое значение, увидела то, чего на самом деле не было.