Что скрывал покойник

— Вы что, в самом деле хотите уверить меня в том, что слова «я забыл» означают для вас жизненный урок? Я всего лишь имел в виду, что забыл последнее предложение. Да, я совершенно уверен в том, что сказал «я забыл». Но подумайте хотя бы о контексте, в котором прозвучали эти слова. Вот вам прекрасный пример того, как плохо работают ваши хорошие мозги. Вы ими не пользуетесь. Вы не думаете. Недостаточно просто слышать слова.

«Опять двадцать пять, — подумала Николь. — Всегда одно и то же. А я должна слушать вздор, который он несет».

— Вы должны научиться слушать. Слова не просто так падают в некую стерилизованную корзину, чтобы потом извергнуться оттуда. Когда миссис Крофт заявила, что в подвале нет ничего интересного, вы обратили внимание на то, как она это сказала, каким тоном? Обратили внимание, что этому предшествовало? Обратили внимание на язык ее тела, на руки и глаза? Вы помните расследования, в ходе которых подозреваемые не утверждали бы то же самое?

— Это мое первое дело, — с триумфом заявила Николь.

— Как, по-вашему, почему я приказал вам только слушать и делать записи? Потому что у вас нет опыта. Может быть, теперь вы догадываетесь, как звучит последнее предложение?

Николь в буквальном смысле ушла в себя и никак не отреагировала на его последние слова.

У Гамаша возникло стойкое подозрение, что он разговаривает сам с собой. И все равно он должен был попытаться. Все, что он сейчас говорил и старался передать Николь, он впервые услышал в возрасте двадцати пяти лет, когда только-только пришел в отдел по расследованию убийств. Инспектор Комю усадил его рядом с собой, в один прием выложил ему эти наставления и больше никогда к ним не возвращался. Это был поистине царский подарок с его стороны, которым и по сей день Гамаш не уставал восторгаться. Понял он и то, что этот дар следует передать другим. Поэтому, став инспектором, начал обучать следующее поколение сыщиков. Гамаш знал: его долг — попытаться внушить то, чему когда-то научили его самого. Что они будут делать с этим знанием — их личное дело. Но было еще кое-что, о чем он непременно должен был упомянуть.

— Сегодня утром я попросил вас подумать, как и каким образом вы учитесь и усваиваете новое. Расскажите мне, что вы надумали.

На память ему пришли сточки из знаменитого стихотворения Руфи Зардо:

— Что? — переспросила Николь. Это было крайне несправедливо. Она старалась изо всех сил. Ходила за ним по пятам, даже вызвалась остаться в этой деревне ради того дела, которое они расследовали.