Брачный сезон. Сирота

— Почему королевским отпрыскам нужна девственница?

— Я полагаю, что это легенда, но историки королевской семьи утверждают, что это чистая правда. Так вот, исторические хроники семьи говорят, что в нашем роду древний король женился на эльфийке — последней представительнице этого давно ушедшего из нашего мира народа. Откуда она взялась, ведь после ухода ее сородичей прошло уже немало лет, история умалчивает. Так вот, эльфийка обладала дивной красотой, чудесным голосом и серебряного цвета волосами. От эльфийской прапрабабки нам остался цвет волос и проблемы с зачатием не от от той, для который ты стал первым мужчиной.

То есть, члену королевской семьи завести ребенка от невинной девушки очень трудно, хотя и возможно, но сам процесс вынашивания будет весьма труден для матери будущего ребенка.

Вот это да.

— То есть, ты собирался жениться на мне, думая, что я не девица, детей со мной никогда не будет, а если бы и появились, то для меня процесс их рождения стал бы огромной мукой?

Герцог медленно кивнул.

— Подтверждений этой легенде нет, поскольку до сих пор все королевские отпрыски женятся исключительно на девственницах. Подтверждения этому суеверию нет. Ну кроме того, что ни одна любовница не девственница ни у кого так и не забеременела, но в этом деле в королевской семье очень осторожны, нежеланных детей от “неправильных” контактов обычно нет, а если и есть, и процесс вынашивания был тяжелым — это еще ни о чем не говорит.

— То есть, ты бы попросту не допустил, чтобы у нас были дети? Так?

— Я уже говорил, брак мне нужен был формально.

Про свои страхи относительно беременности для своей жены я тебе уже сказал. Но если бы ты все-таки очень захотела когда-нибудь почувствовать радость материнства, пришлось бы задуматься… о вариантах.

Это как у Ансоны вариант? Вот радость-то.

Морщусь, но ничего не говорю, смысл ругаться из-за того, чего уже не будет.

— А кто тебе ставил препятствия для брака на невинной девушке, удалось узнать?

— Да, но отнюдь не благодаря моим спецслужбам.

Это месть матери моей второй жены. Она сейчас вместе с королем лежит чуть ли не в соседних комнатах, после нападения северных, и уже точно готовится к отбытию в верхний или нижний мир, раздает долги и делает признания. Буквально вчера у нас состоялся очень тяжелый разговор. Она винит меня в смерти дочери и в том, что ее мужа отправили на каторгу после неудавшегося когда-то давно переворота.