Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

 – Разве мы не поклялись доверять друг другу, разве нас не соединят скоро священные узы?

Белокурая Генриетта опустила голову.

– Доверьтесь его высочеству, дорогая, я убеждена, вам хотят лишь добра, – сказала она Анжелике и торопливо вышла из гостиной.

Анжелика была словно в бреду и от страха не могла вымолвить ни слова. Все еще стоя на ковре, преклонив колени, она повернулась к двери, за которой так быстро исчезли придворные. Она увидела бледных как смерть Бернара д'Андижоса и Пегилена де Лозена – они не решались выйти из комнаты.

– А вы, мессиры, что же? – пронзительным голосом крикнул им Филипп Орлеанский. – Мой приказ в равной степени относится и к вам. Может быть, мне доложить королю, что вздор сумасшедшей внушает вам больше доверия, чем слова его родного брата?

Понурив головы, д'Андижос и Пегилен неохотно вышли из гостиной.

Это последнее предательство вдруг пробудило в Анжелике боевой дух.

– Трусы! Трусы! О, какие трусы! – крикнула она и, рывком вскочив на ноги, спряталась за спинку кресла.

Ей чудом удалось увернуться от шпаги шевалье де Лоррена, но вторым ударом он полоснул ее по плечу, и у нее хлынула кровь.

– Андижос! Пегилен! Ко мне, гасконцы! – в неистовстве прокричала она. – Спасите меня от северян!

Дверь, ведущая в соседнюю гостиную, резко распахнулась. С обнаженными шпагами ворвались Пегилен де Лозен и маркиз д'Андижос. Они, прислушиваясь, стояли за приоткрытой створкой двери, и теперь у них уже не было сомнений в чудовищных намерениях брата короля и его фаворита.

Одним ударом маркиз д'Андижос вышиб шпагу из рук Филиппа Орлеанского, поранив ему кисть.

Де Лозен скрестил свою шпагу с шевалье де Лорреном. Д'Андижос схватил Анжелику за руку.

Он увлек ее в галерею, где они сразу же натолкнулись на Клемана Тоннеля, но тот не успел даже вытащить пистолет, который прятал под плащом. Резким ударом д'Андижос проткнул ему горло шпагой. Клеман Тоннель рухнул, истекая кровью.

Маркиз и Анжелика бросились бежать как безумные.

За их спиной Филипп Орлеанский писклявым голосом призывал швейцарцев:

– Стража! Стража! Держите их! И вскоре они услышали топот бегущих вслед за ними людей, звон алебард.

– К главной галерее… – бросил д'Андижос. – В Тюильри… Там конюшни, лошади!.. И тогда – из города… Тогда спасены…

Несмотря на свою грузность, гасконец бежал с проворством, которого Анжелика даже не подозревала в нем. А сама она уже изнемогала. У нее ужасно болела нога, горело раненое плечо.

– Я сейчас упаду, – задыхаясь, проговорила она.