Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

– Мне просто трудно поверить в правдивость ваших слов: подумайте сами, ведь церковь и дворянство едины, и воспитанники монастырей – будущий цвет государства. И уж кому, как не августинцам, знать это!

Раймон, который готовился стать священником, упорно не подымая глаз, ответил деду:

– Монахи говорили нам, что бог сам указует на своих избранников. Может, он счел нас недостойными?..

– Оставь свои шуточки, Раймон! – прервал его брат. – Сейчас не время для этого, поверь мне. Если ты хочешь стать нищим монахом – дело твое, но я старший и я согласен с дедом: церковь должна уважать нас, дворян.

Ну а если она отдает предпочтение простолюдинам, детям ремесленников и лавочников – воля ее! Она сама роет себе могилу, и ее ждет гибель!

Оба барона, старший и младший, в один голос возмущенно воскликнули:

– Жослен, не смей богохульствовать!

– А я не богохульствую, я говорю то, что есть на самом деле. В моем классе логики, где я самый младший, а по успехам второй из тридцати, двадцать пять учеников – дети богатых ремесленников или чиновников, и они аккуратно вносят плату, а дворян пятеро, и только двое вносят плату вовремя…

Эти слова Жослена подбодрили Армана де Сансе – выходит, он не одинок в своих бедах.

– Ах, значит, вместе с тобой исключили еще двоих воспитанников-дворян?

– Ничего подобного, их родители – влиятельные сеньоры, и августинцы их боятся.

– Я запрещаю тебе так отзываться о твоих воспитателях, – сказал барон Арман, а его старый отец пробурчал как бы про себя:

– Слава богу, что король умер и не может видеть, что творится!

– Да, вы правы, дедушка, слава богу, – усмехнулся Жослен.

 – Кстати, Генриха IV убил один удалой монах.

– Помолчи, Жослен, – вмешалась вдруг Анжелика. – Ты вообще не мастер говорить, а когда ты открываешь рот, то становишься похож на жабу. И потом, монах убил Генриха III, а не Генриха IV.

Юноша вздрогнул и с удивлением посмотрел на кудрявую девочку, которая так спокойно поучала его.

– А-а, ты здесь, лягушка, болотная принцесса! Маркиза ангелов!.. Подумать только, я даже не поздоровался с тобой, сестренка.

– А почему ты называешь меня лягушкой?

– Потому, что ты обозвала меня жабой. И потом разве ты не пропадаешь вечно в болотных зарослях, среди тростников? Или ты стала такой же послушной и чопорной, как Ортанс?

– Надеюсь, что нет, – скромно ответила Анжелика. Вмешательство Анжелики несколько разрядило атмосферу.

Братья поели, и кормилица убирала со стола. Но обстановка в гостиной по-прежнему оставалась тягостной.