Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

– Так вот, я застал там вашего бывшего дворецкого, того самого Клемана Тоннеля, который несколько лет жил у вас в Тулузе, и он вел длительную беседу с суперинтендантом.

– Вы, наверно, ошиблись. Он уехал в Пуату, – с неожиданной поспешностью сказала Анжелика. – И потом, чего ради он вдруг окажется в доме столь важной персоны. Разве что только он пытался получить место в Во.

– Так мне и показалось, судя по их разговору. Они говорили о Вателе, поваре суперинтенданта.

– Ну вот видите, – заметила Анжелика с непонятным ей самой облегчением, – он просто хотел служить под началом этого Вателя, который слывет большим искусником.

Но все-таки, мне кажется, он мог бы нас предупредить, что не вернется больше в Ламгедок. Впрочем, можно ли рассчитывать на уважение этих простолюдинов, когда они в тебе больше не нуждаются?

– Да, да! – рассеянно согласился д'Андижос, явно думая о чем-то другом. – И все же одна деталь показалась мне любопытной. Случилось так, что в комнату, где Фуке беседовал с этим самым Клеманом, я вошел внезапно.

Я был с несколькими дворянами, мы слегка подвыпили… Ну, мы извинились перед суперинтендантом, но я успел заметить, что ваш дворецкий сначала довольно фамильярно разговаривал с Фуке, а когда мы вошли, сразу принял угодливую позу. Он меня узнал. Когда мы выходили, я услышал, как Клеман скороговоркой что-то сказал Фуке. Тот холодным, змеиным взглядом посмотрел на меня и ответил: «Не думаю, что это заслуживает внимания».

– Так это ты не заслуживаешь внимания, друг мой? – проговорил де Пейрак, небрежно перебирая струны гитары.

– Какая здравая оценка!

Д'Андижос сделал вид, что вынимает шпагу, все засмеялись, и беседа потекла дальше.

«Я обязательно должна это вспомнить, – твердила себе Анжелика. – Это сидит у меня в голове, где-то в глубине памяти. Но я знаю, это очень важно. Я должна, обязательно должна вспомнить!»

Она сжала ладонями виски и закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Это было давно. В замке маркиза дю Плесси.

В этом она была уверена, остальное плавало в каком-то тумане.

Пламя от очага жгло ей лоб. Она взяла с камина расписной шелковый веер и машинально начала им обмахиваться. За окнами, во мраке ночи, бушевала буря. Весенняя буря в горах, без молний, но с градом, который ветер, налетая порывами, швырял в стекла. Не в силах заснуть, Анжелика сидела у камина. У нее все еще побаливала поясница, и она злилась на себя, что так долго не может оправиться после родов.