Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

И не пытайся больше впутывать меня в свою вулканическую жизнь, Карменсита. Я тебе процитирую еще два правила куртуазной любви: «Никто не должен иметь сразу двух любовниц» – и второе: «Новая любовь убивает старую».

– Ты имеешь в виду меня или себя? – спросила она. Ее лицо стало белым, как мрамор, что особенно подчеркивали черные волосы и черное платье. – Ты говоришь так из-за этой женщины, твоей жены? Я думала, ты женился на ней из корысти. Какая-то там история с землей, ты мне говорил.

А ты избрал ее себе в возлюбленные… О, я убеждена, в твоих руках она достигнет совершенства! Но как же ты решился полюбить уроженку Севера?

– Она не с севера, она из Пуату. Я знаю Пуату, я там бывал. Это сладостный край, раньше он входил в Аквитанию. В наречии, на котором говорят там крестьяне, есть элементы нашего провансальского языка, а у Анжелики даже цвет кожи такой же, как у наших девушек.

– Я вижу, ты больше не любишь меня, – воскликнула вдруг женщина.

 – Ах, я знаю тебя лучше, чем ты думаешь!

Она упала на колени и вцепилась руками в камзол Жоффрея.

– Еще не поздно! Люби меня! Возьми меня! Возьми, я твоя!

Анжелика не могла больше этого слышать. Она убежала. Промчавшись через галерею, она спустилась по винтовой лестнице башни и на последней ступеньке столкнулась с Куасси-Ба, который, подыгрывая себе на гитаре, низким бархатным голосом напевал какую-то песенку своей родины. Он широко улыбнулся ей и пробормотал:

– Добрый день, каспаша.

Анжелика, не ответив ему, пробежала мимо. Дворец пробуждался. В большой гостиной несколько дам с восковыми дощечками в руках смаковали освежающие напитки. Одна из них окликнула Анжелику:

– Анжелика, душа моя, отыщите нам вашего мужа. В такую жару наше воображение совсем иссякло от истомы, и, чтобы начать беседу…

Анжелика не остановилась, но у нее достало сил хотя бы бросить этим болтуньям улыбку.

– Беседуйте.

Беседуйте. Я сейчас приду.

Наконец она вбежала в свою спальню и упала на кровать. «Это уж слишком!»

– твердила она. Но, поразмыслив, она должна была признаться себе, что и сама не знает, что ее так разволновало. Впрочем, как бы то ни было, это нестерпимо. Так больше продолжаться не может!

В ярости кусая кружевной платочек, Анжелика с мрачным видом оглядела комнату. Вокруг нее слишком много любви, вот что приводит ее в отчаяние.