Вдовья трава (СИ)

– Не волнуйтесь, молодой человек, первые роды редко бывают стремительными, – успокоил его шатен, – Довезём. Выпейте, лучше, успокоительного.

Перед лицом Антона возник одноразовый пластиковый стакан с плескавшейся от тряски водой и маленькая жёлтая таблетка.

– Это что?

– Лёгкое седативное. Не повредит, – успокоил шатен.

Скорая помощь мчалась по улицам городка. Мелькали знакомые улицы, дома, витрины. Тряска была уже не такой раздражающей – она становилась всё мягче и мягче, превращалась в лёгкое покачивание, как качают колыбель или коляску с младенцем. Антон вспомнил свои первые воспоминания на этом свете. Лето, жара, мать, прижимающая его к своей груди. Ему жарко, очень жарко. Он, наверное, тогда плакал и вырывался. Но вскоре наступило облегчение – его положили в коляску, которая мягко поехала по тротуару. Приятная прохлада сменила удушающую жару. Да, коляску держали в тени, по наставлению бабушки, поэтому лежать в ней было так комфортно. И ещё это движение. Такое блаженство – ехать в холодке куда-нибудь. Антон быстро заснул тогда, потому что воспоминания обрываются именно на этом моменте.

Машина резко затормозила. Антон открыл глаза.

– Приехали! – воскликнул шатен, – Выходим аккуратненько, не спешим.

О, чёрт, он заснул. Катя всё так же сидела, сжимая руку мужа.

– Пошли, дорогая, – успел сказать Антон, но тут же язык его онемел – за окном виднелись корпуса завода.

– Эй! – испуганно крикнул Антон, – Куда вы нас привезли?!

– Куда надо, – ответил брюнет, – Выходим!

Шатен аккуратно взял Катю под руку."

"– Руки убрал! – крикнул Антон.

Шатен лишь пристально взглянул ему в глаза. Всё поплыло вокруг, Антона затошнило. Миг – и он провалился в чёрную яму.

Сознание возвращалось медленно. Антон лежал на чём-то холодном и твёрдом. Пол. Каменный пол завода. Они уже внутри.

– Так, почему завод? Водитель настолько тупой, что не знает адрес больницы? Бред. Тогда что, чёрт возьми, происходит? Так, надавить на водителя, заставить его ехать в больницу.

Антон поднялся, сел, и понял, что уже был в этой комнате. За столом сидел до боли знакомый силуэт – начальник охраны!

– Приехали, Антон, – очень дружелюбно сказал он.

– Это что за фигня? – воскликнул Антон, – Вы же должны были исчезнуть! Освободиться!

Толстяк громко засмеялся.

– Да, так оно и будет, но только чуть позже. Ты же дал согласие на наше освобождение – теперь держи своё слово до конца.

– Я не понял, – сглотнув слюну, глухо проговорил Антон.