Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

Как это со школы влюблён? Кто? Гром? В меня? Шутка такая?!

И теперь я стою и думаю…

А почему, собственно, он мне вообще вроде как друг?

Тот, кто друг, так не поступает.

И пусть в его словах есть реальная правота…

Я ведь долгие годы молчал, потому что мы с ним договорились, ещё когда я проиграл наше идиотское подростковое пари, и Лида выбрала его. Я ему слово дал, что не стану мешать. И держал это слово. Не мешал. Задушил на корню все свои не совсем дружеские чувства к яркой, как лучик солнца, рыжеволосой девочке, которая одной своей улыбкой радовала и придавала смысл сразу всему. А он… А он всё говорит и говорит. Никак не заткнётся. В то время, как Лида смотрит на меня своими по-кошачьи красивыми зелёными глазами, полными немого изумления, а у меня воздух в горле застревает, мешая не то что говорить, но и дышать. Не могу ничего сказать ей. Да и что я скажу? Что я давно влюблённый в неё идиот? Да, я такой. И сегодняшним вечером я рассчитывал преподнести для неё это всё гораздо более аккуратно, постепенно. А не вот так. Не менее по-идиотски.

Но что уж теперь. Время вспять не повернёшь. К тому же Гриша всё ещё не затыкается. И чем дальше, тем всё больше его несёт.

– …записочки тоже до сих пор ей написываешь? – звучит от него уже с отчётливым сарказмом, а у меня аж кулак начинает чесаться, так сильно вдруг хочется ему в зубы дать. – Или теперь, раз уж у большого и важного директора целого банка есть деньги, их пишут за тебя? Ей-то всё равно без разницы, кто их на самом деле написал. Главное, чтоб дешёвая дворовая романтика за обоссаными гаражами, и всё такое.

Каюсь, до меня не сразу доходит, к чему он подвёл.

Каюсь дважды и за свою реакцию, едва до меня доходит вся суть.

Мой кулак всё-таки летит ему в морду. Он встречается с его челюстью с глухим звуком. Время будто останавливается в этот момент. В ушах звенит, а перед глазами пляшут цветные пятна, столько жгучей ярости вмиг переполняет меня. От удара голова Гриши дёргается вбок, и на мгновение я вижу в его глазах удивление, прежде чем улицу заполняет его болезненный вопль.

Вероятно, ничему его жизнь не учит. Мы же с крестником ходим в один зал, не только плаванием в бассейне одним я увлекаюсь.

Вместе со вторым воплем бывший друг бросается на меня. В этот момент взволнованно вскрикивает и Лида. Его кулак летит мне в лицо, но я успеваю поставить блок, а затем и вовсе перехватить руку. Скручиваю запястье, чувствуя, как хрустят суставы. Гриша рычит от боли, но не сдаётся.