Хозяйка старой усадьбы (СИ)

Резко разворачиваюсь, и подхожу к Михайло.

-  Из наших никто не пострадал?

- Не переживайте, госпожа Каталина,  дружина в порядке, немного досталось Борьке, охранявшему в эту ночь стадо. По голове его стукнули, но он молодец, успел шум поднять, а тут и мы подоспели.

- Сильно он пострадал?

Сердце тревожно сжалось,  Борька мне нравился,  он хоть чудной, но мужик добрый, и животных любит, вон даже ночует вместе с ними.

- Да что ему сделается? Повалялся немного, да очухался. Но мы его на всякий случай в поместье привезли, вон его лекарь осматривает.

Он кивнул в сторону, где Герман хлопотал над сидящим прямо на ступенях Борькой.

На крыльце жались друг к другу Несса с Дариной, стреляя глазками в сторону бравых воинов, охранявших пойманных разбойников. Парни отвечали тем же, с интересом поглядывая в сторону девушек.

Нянюшка стояла рядышком с Миной, она даже переодеться не успела, просто завернулась в сдёрнутое с кровати одеяло. Уверена, она первой выскочила узнать, что случилось.

Мина, недовольно уперев руки в бока, грозным голосом выкрикнула:

- Да что с ними вошкаться, под замок их до утра! Разбудили, паразиты, мне скоро хлеба в печь ставить!

От  её грозного окрика все, даже разбойники, присмирели, втянув голову в плечи.

Я кивнула Михайло:

- Мина права, свяжите их покрепче и отдыхать идите, разбираться уже утром будем.

Все словно нехотя зашевелись,  расходиться никому не хотелось, ещё бы такое происшествие в нашем спокойном  поместье. Но Мина быстро их  разогнала, напомнив, что всех с утра ждёт работа.

Вернулась в свою комнату.  Нервы были вздёрнуты настолько, что уснуть я уже не смогла, поворочавшись в постели, под недовольное сопенье Графа.

Решила немного позаниматься медитацией, в магическом учебнике чуть ли не на каждой странице упоминалось, что  для любого мага самое главное держать себя и свою магию в руках, а этому помогает только медитация и познание самого себя.

Если с медитацией худо-бедно у меня что-то получалось, то вот с познанием себя как-то не очень.  Домедитировалась до того, что уснула прямо на полу, на одеяле, которое подстелила чтоб медитировать было помягче.

Спина и ноги затекли настолько, что я с трудом собрала свои конечности в кучку  и доползла на четвереньках до кровати. И уже держась за неё, выпрямилась в полный рост.

Граф, наблюдавший за всем этим одним глазом, сладко зевнул, потянулся и спрыгнув с кровати прошествовал мимо меня к двери.