Герцогиня в ссылке (СИ)

Это, наверное, единственное, что меня удивило. Хотя вы же помните, что капитан и мастер Робер буквально вчера устроили, когда мы закончили ужин и он угощал нас своими вкусными напитками. Они так жарко спорили по поводу знаменитого валенского. Искры так и летели. И хоть бы каплю эмоций. Глухо. Я тогда даже удивилась. Но подумала, что на них какие-то артефакты могут быть.

Лейтенант ещё раз аккуратно посмотрел вокруг и добавил:

— Это как раз не удивительно. Они могут себе позволить подобные траты. Я и сам ношу свой, когда это того требует, но не сейчас.

Мы занимаемся каждый день, вам практика нужна. Но я умею держать эмоции в узде, да и нечего мне скрывать, честно говоря. Обновлять артефакт дорого, я его редко надеваю. Вот только мы с воинами спим рядом с основной командой. И те держатся слишком наособицу. А ещё я, в силу своего крошечного дара, тоже иногда могу ощущать отголосок ярких чувств или просто опасность, исходящую от конкретного человека. И успел заметить, что и от команды глухо, не чувствую я от них эмоций. А ведь они каждый вечер играют то в карты, то в кости. Отголосок ярких чувств я должен был почувствовать. И ничего. Вот это странно. Думается мне, что артефакты носит вся команда. Что за тайны хранит экипаж, если капитан идёт на подобные траты?

Именно тогда мы договорились, что я тоже буду вести себя осторожно и если что увижу, то сообщу лейтенанту, а с капитаном буду настороже.

И напоследок лейтенант предостерёг меня, вогнав в краску:

— Вы, леди Стил, простите меня, безродного вояку, что про личное говорить буду.

Но я уж как могу, забочусь о вас. Поэтому выслушайте и не отмахивайтесь. Капитан слишком уж к вам благоволит. Слишком он обходителен и любезен. Вы на его комплименты и любезности не ведитесь. И не смотрите так. Вы дева юная и можете подпадать под влияние этого ловеласа. А мне вас доставить в крепость нужно такой, как принял. Вы понимаете меня?

Как дитя двадцать первого века, я сразу поняла, к чему лейтенант клонит. Но я уже начала привыкать к новым правилам и своему положению.

И даже покраснела, ощущая, что щёки горят. Сама ситуация выбивалась из привычного мира. Я никогда не говорила о подобных вещах с мужчиной сильно старше меня. Это даже меня смутило.

Я просто кивнула, видя, что и сам лейтенант смущён этим разговором. Одно дело разговаривать о подобном в мужском обществе, а другое с юной и родовитой девой.

Так мы и договорились быть внимательными и осторожными, сообщая друг другу, если заметим ещё что-нибудь странное.