Ромашка (СИ)

 — Ада сморщила носик. — Так вот, она его энергетически оббирает, забирая все, что вызвано любовью, увлечением, страстью, в общем все то, что хоть как-то можно приплести к любви. Поэтому у нее характер и испортился.

Ниэль внимательным долгим взглядом посмотрел на Аду.

— И ты об этом говоришь только сейчас?

— А вы разве не в курсе? — Ада смутилась, но только на мгновение и тут же пошла в атаку. — А ты думаешь, откуда в ней столько темноты?

— Сестра считает, что это из-за безответных чувств и это скоро пройдет.

Ада закатила глаза.

— Она не просто печальна или меланхолична. Она полна черной зависти и злости. И почему это замечаем только мы?

— Наверное, потому что только мы настолько сближаемся со смертными, чтобы видеть все эмоции и уметь распознавать их. Ты — в силу своей сущности, а я…

— И ты тоже, в силу своей сущности. — Хохотнула Ада, но тут же стала серьезной. — Мира в какой-то мере испытывает и чувство вины, вот почему она закрывает глаза. Мы слишком молоды, слишком еще человечны. Даже не знаю хорошо это или плохо.

По-моему, в данном случае, нам это только мешает. — Ада нахмурилась. — Почему они так долго не выхо…

И тут вопль Ады совпал с воплем Ниэля.

Храм начал рушиться.

Что это означало, Нила не знала, но понимала, что нечто чрезвычайно плохое.

Ее потянуло в сторону и она оказалась, одновременно с Ни\элем и Адой около храма. от которого отваливались куски лепнины и украшений, он весь шатался, словно его изнутри расшатывали могучие великаны.

Нила, широко раскрыв от страха и волнения глаза, наблюдала, как Ниэль бросается к храму и ударяется с размаху о невидимую стену, что стоит вокруг него.

Она видит, как Ада бросается к нему на помощь."

"Но в этот момент случилось то, чего никто точно не ожидал. Около самой невидимой стены, метрах в трех от Ниэля и Ады, из воздуха практически выпал еще один Покровитель. Мужчина выглядел немногим старше Ниэля. По телосложению — нечто среднее между Ниэлем и Суйхатом. Его короткие, по сравнению с волосами Ниэля, огненно-рыжие волосы выглядели тусклыми и свисали паклей.

И сам он казался бледным и истощенным. Мужчина, как и Ниэль ранее, тоже врезался в невидимую стену, но не упал, удержавшись на ногах и опершись о нее рукой. Он отчаянно старался удержаться на ногах, но его шатало из стороны в сторону.

Его антрацитово-серые глаза шарили вокруг, словно в поисках кого-то или чего-то. И остановились на пораженной его появлением Аде. Он попытался ей что-то сказать, но едва пошевелил губами.