Ромашка (СИ)

— Что? Уши? Зачем? Вы не смогли их восстановить? — Задавая эти вопросы, девушка с неподдельным, уже профессиональным, интересом подошла к изголовью кровати и аккуратно приподняла тяжелую, — наверное, это когда-то было косой, — грязную груду.

Уши были на месте…

— Что вы с ними сделали?! — Нила потрясенно ощупывала сильно вытянутое ухо.

Пробежалась пальцами от кончика к мочке, аккуратно оттянула и посмотрела слуховой проход. На ощупь ухо оказалось чуть прохладным и каким-то неимоверно бархатистым, не отдавая себе отчета в действиях, Нила нежно погладила приятную на ощупь плоть от мочки к кончику и обратно.

Спящий вздрогнул и застонал.

— Ой, ему, наверное, больно, да? — Нила отдернула руку и рефлекторно спрятала ее в карман с перевязочным материалом.

Мэтр почему-то очень хитро усмехнулся и пожал плечами.

— Может и больно. Но, это тебе на будущее, у сильфов, каки у эльфов, уши очень чувствивтельны, в том числе и в, скажем так, любви.

Нила смутилась и порозовела.

Говорить о таких вещах с ровесниками было привычно, а вот с мэтром — нет. Физиологию они, конечно, изучали, куда без нее в целительстве. Но это учеба, а тут…

Уши!

— Что значит у сильфов?! На будущее?! — Нила не заметила, что почти кричит.

Пациент опять застонал и тяжело заворочался на кровати.

— Нила, держи себя в руках! Мы столько сил в него вложили, что не усыпим еще несколько часов точно, если проснется. Ты уверена, что хочешь слушать его крики по всей больнице?

— Извините.

 — Нила перешла на громкий шепот. — Но Вы говорите такие вещи! Если это и правда сильф, что он тут делает и каким образом с ним связана я?

— Это долгий разговор, в академию ты сегодня опоздаешь. Сейчас пойдем ко мне в кабинет, все вопросы там.

Нила вяло перебирала ногами, идя вслед на преподавателем и наставником. Отмечая, как он сдал за эту ночь: плечи ссутулились, как под тяжестью, походка не такая упругая, как обычно — тяжелая, неровная.

«И во что я вляпалась? Это распределение, этот полумертвый сильф.

Фу! Она вытащила с того света сильфа! Знала бы, отказалась… Нет, не отказалась бы… Она в первую очередь целитель, а потом все остальное. Интересно, а как остальные лекари отреагировали, когда поняли, что спасли врага?»"

"В кабинете мэтра было светло от падающих в широкое окно солнечных лучей. Обстановка располагала: темная мебель приятно контрастировала со светлой зеленью стен и бежевыми шторами.