Работа над ошибками (СИ)

Но зато пэтэушники не давали проходу.

Сегодня мы с Лидусей оказались переборчивы с партнерами, поэтому почти все медленные танцы простояли в самом дальнем и темном углу. Лидуся наблюдала, как недоступный Песков увивается вокруг Заварихиной.

— У, Заварка! — бухтела Лидуся. — Припомню я тебе!

Грозила кулачком в ее сторону.

Мне весь вечер из солидарности пришлось простоять рядом с Лидусей, выслушивая ее комментарии и жалобы. Но на счет Заварихиной наши мнения совпадали. Ольга кокетничала с Песковым, не отцепляясь от руки Ивана.

Бедная Шурочка Горячева готова была предать свою лучшую подружку страшной и мучительной смерти. Я и сама склонялась к аналогичной мысли. Но тут Лидусю осенила блестящая идея, которой она не преминула сразу же поделиться.

— Слушай, — закричала она мне прямо в ухо. Еще бы! Сквозь грохот музыки сейчас и качественный вопль не расслышишь.

— Давай покажем этой Заварке, чьи в лесу шишки?

Я развела руками. С удовольствием бы показала. Но как?

— Когда «белый» танец объявят, ты Ивана пригласи, а я — Пескова.

— Да Иван не пойдет. Откажет.

— Тебе? — удивилась Лидуся. — Никогда. А если заартачится, скажи ему, что мне помогаешь. И вот увидишь, побежит, как миленький. Только надо с ними совсем рядом встать, чтобы успеть перехватить.

Потанцевать с Иваном, помогая тем самым Лидусе, — совсем другой коленкор. Даже для себя самой прекрасное оправдание. Тем более для Ивана. И я поддалась на уговоры. Мысленно начала прорабатывать свои действия, забыв обо всем остальном.

Зазвучал медленный танец. Лидуся потянула меня за собой. Мы выбрались из своего нагретого угла и стали протискиваться поближе к намеченной цели. Тут-то меня и словил Широков.

— Можно? — спросил мягко. Только ответа ждать не стал, сразу взял за руку. Лидуся и здесь вовремя подсуетилась. За меня ответила ему согласием. Но предупредила, что отпускает любимую подругу лишь на один танец. А потом у нас важное дело. И сразу толкнула меня в спину. Я прямо-таки свалилась на Широкова. Оглянулась на Лидусю, свирепо сверкнув глазами.

Исподтишка показала ей кулак. Широков не обратил внимания. Благодарно улыбнулся Лидусе и потащил меня за собой.

Я плелась за его спиной и сочиняла гневную речь, направленную против дорогой подруженьки. С какой стати она будет решать за меня, с кем мне танцевать?

Пока я злилась, Широков пробивал дорогу в центр актового зала.

— Все, Широков. Дальше не пойду.

Мне не хотелось, чтобы Иван увидел, как я танцую с другим.