Обещанная проклятому дракону (СИ)

Даже шторку приоткрыла, чтобы ему было лучше видно.

Дэйгон тяжело вздохнул и первым отвёл взгляд.

— Прости меня, Исабель, — произнёс он тихо, но голос оставался твёрдым. — Допускаю, что я погорячился и позволил сомнениям затмить разум. Мне не следовало слепо верить принцу.

От его слов на сердце чуть-чуть потеплело. Я видела, как нелегко далось ему это признание. Гнев начал постепенно отступать, но так просто сдаваться я не хотела.

Пускай ему станет стыдно, и в следующий раз он дважды подумает, прежде чем бросаться обвинениями.

— Я вас услышала, — произнесла ледяным тоном, отвернувшись к окну.

— Бель, я обещаю…

— Меня зовут Исабель, — процедила сквозь стиснутые зубы. — Мы, кажется, стали забывать о деловой этике.

Дэйгон тихо усмехнулся.

— Вот оно как? Я думал, мы друзья.

— Друзья не бросаются друг на друга с нелепыми обвинениями.

Краем глаза я увидела нахмуренные брови господина Россэра и ходящие ходуном желваки на скулах.

Что, не понравилось? Вёл бы себя как подобает — сама бы рассказала, без принуждения.

— Хорошо, мисс Блейни. Исключительно деловые отношения.

Глава 40

До возвращения в особняк господина Россэра мы не проронили ни единого слова. Хотя тишиной это можно было назвать лишь с большой натяжкой. Скорее, это было напряжённое, зловещее молчание, прерываемое моим сердитым сопением и скрипом белоснежных драконьих зубов.

Дэйгон по обыкновению первым покинул салон и протянул мне руку, но я встретила её демонстративным игнором, ухватившись за скользкий, лакированный бок. Спрыгнув на подъездную дорожку, хотела стрелой метнуться в дом и закрыться в кабинете, но правила приличия обязывали меня следовать за господином Россэром.

Сам же дракон лишь усмехнулся и равнодушно пожал плечами. Повернулся ко мне широченной спиной, снял тяжёлый камзол и, перекинув его через локоть, нарочито медленно направился к крыльцу.

Шаг за шагом. То и дело останавливаясь и любуясь ухоженным садом, словно никогда его не видел. С наслаждением вдыхал по-летнему прогретый воздух, наполненный ароматами распустившихся цветов, отчего мощная грудь вздымалась и опускалась, натягивая рубашку на внушительных мускулах.

“Вот же ящер упрямый!” — теперь уже я скрипела зубами, вынужденная останавливаться через каждые два шага и ждать, пока дракон надышится и налюбуется пейзажем.

Гнев внутри меня клокотал и поднимался к макушке словно кипящая лава в проснувшемся вулкане.