Обещанная проклятому дракону (СИ)

Что он предпочитает? На что у него аллергия? Какой его любимый цвет? А то закажу для украшения алые розы, а у него от них глаз будет дёргаться!

— Так-то это не наше дело, — неопределённо проворчала Мирабель, высматривая в окне Айлу, сидящую на корточках у аккуратных кустиков мяты.

— Так не секретная же информация, — первой сдалась Клаудия и поставила чайник на огонь. — Чёрный или травяной?

— А? — пискнула я, жалея, что при мне нет блокнота с ручкой.

— Чай будешь какой? — беззлобно проворчала она, доставая из шкафа вазочку с печеньем.

— Чёрный, спасибо, — улыбнулась я и, извинившись, метнулась стрелой в кабинет Дэйгона за новенькой перьевой ручкой и чистой тетрадкой.

На титульном листе вывела большими буквами: “Досье на господина Россэра.” Хотела написать “Дэйгона”, но не решилась фамильярничать в присутствии его работниц.

Когда вернулась, стол на кухне был заставлен плошками, вазочками и блюдцами. Айла, Мирабель и Клаудия уже сидели за столом. Правда, девушка ютилась с противоположного краю и вид имела весьма печальный, но я решила не пытать её расспросами. Вдруг что-то случилось, а тут я, почти незнакомый человек, бесстыже лезу ей в душу.

— Господину Россэру тридцать два года. Он единственный сын своих родителей, — Клаудия начала первой, делая небольшие паузы, чтобы я успевала записывать её слова. — Его мать и старшая сестра сейчас живут в соседнем королевстве, отец погиб на следующий день, после того как ему исполнилось тридцать три.

— Такой молодой, — шмыгнула носом Мирабель. — А я помню господина Россэра-старшего ещё босоногим сорванцом.

“Получается, мест для родителей должно быть три, а не четыре, — машинально сделала пометку и тут же перечеркнула её несколькими линиями. — Тьфу, Исабель! Нельзя так!”

— Господин Россэр с отличием закончил Академию Тайных Знаний и сразу же поступил на службу во дворец Его Величества, — продолжила Клаудия, но внезапно её перебила доселе молчавшая Айла.

— Зачем ей эти сведения? — сердито воскликнула она, мешая ложечкой чай с такой силой, что на столешницу летели брызги. — Вы ещё расскажите, сколько голожопых девиц побывали в его спальне за последний год.

— Айла! — хором воскликнули Клаудия и Мирабель. Последняя даже стукнула кулаком, отчего блюдечко с вареньем подпрыгнуло и оставило некрасивую черничную кляксу.

— Иди давай, не мешай, — рыкнула на неё повариха, и девчонка, шмыгнув носом, убежала.

— На чём я остановилась? — рассеянно спросила Клаудия, поглядывая в мою раскрытую тетрадь.