По дороге на Оюту (СИ)

Но проверяющего это не остановило: закончив с моим рюкзаком, он принялся потрошить вещи. На стол полетели вытряхнутые из тряпичного мешочка трусики и бюстики. Мне стало мучительно стыдно от того, что мужики копошатся в моем белье. Пара кружевных трусиков, слетев со стола, опустились на ботинки марионеру. Я хотела наклониться и быстро убрать их, но была остановлена грубым: «Не трогать вещи при досмотре». Проглотив комок обиды и смущения я, вздрогнув, опустила глаза в пол.

— Тебя это заводит, омх? Вид смущенной и униженной молоденькой девушки. Или тупо нравится в женском белье копаться? Ты там что ищешь? Свой стояк? - голос марсианина сочился ядом и цинизмом.

Нагнувшись, он, не реагируя на приказы, поднял мои трусики и аккуратно положил их на стол. В глубине души я была ему благодарна за это, поэтому, не удержавшись, тихо выговорила:

Он не ответил и даже вида не подал, что услышал.

— ГаЮро, заканчивай с досмотром, – второй проверяющий охранник отбросил рюкзак марионера, достал из ящичка два жетона. — Вы будете заселены во второй «малый» пассажирский отсек. Ваша койка - место «46А», ваша, девушка, – «46Б»

На стол полетели электронные жетончики. Быстро подхватив один из них, мой видимо будущий сосед сгреб вещи в свою сумку и двинулся на выход, не забыв и свой бластер, который спрятал где-то под курткой. Я же чуть задержалась, пытаясь быстрее уложить всю одежду в рюкзак. В итоге просто запихала все кучей, не беспокоясь, что что-то помнется. Не до этого сейчас.

Выскочив, бросилась вдогонку за марианером. Окликать его я не решилась, но тенью мчалась за ним по узким мрачным коридорам. Освещение тут было крайне тусклым, а стены, выкрашенные в грязный коричневый цвет, вообще на тоску наводили. Лишь маячившая впереди мощная спина придавала уверенности в том, что я таки доберусь до этого непонятного "койка-место" и не заблужусь в многочисленных коридорах и переходах.

Мужчина впереди двигался словно ледокол, на его пути все разбегались в сторону, освобождая ему дорогу. Наверное, легко жить с такой внешностью, когда все тебя боятся. Я же зайцем следовала за ним, страшась даже глаза отвести от этого странного штрих-кода на его куртке.

— Ой, какая девочка, — чья-то рука грубо схватила меня за запястье.

Не ожидавшая такого, я дернулась. Но, вопреки ожидаемой свободе, ощутила еще одно более интимное прикосновение. Кто-то неизвестный скользнул ладонью по моему бедру. На мгновение, застыв в ступоре, я истерично завопила и принялась лупить руками гадкого незнакомца.