По дороге на Оюту (СИ)

Тяжело сглотнув, я отползла подальше от входа и пристроилась у стены.

Гул и ор нарастали. Дикари скакали разве что не у самого входа, но стоило ужасу уколоть меня в грудь, как на трап заскочил сначала весь покрытый кровью Сунир, а за ним и Ратхар.

— Закрывай, — завопили они разом, ворвавшись в кабину. Дверь за ними закрылась.

— Успели, — простонал Сунир и буквально упал во второе кресло у пульта.

— Сделай милость, марионер, — промычал, усаживаясь на пол рыжехвостый миранец, — поджарь их всех. Отомсти за мои погибшие нервные клетки. Я так со страху не потел ещё с глубокой юности.

— Да я вообще так никогда не потел, — тяжело дыша, отозвался Демьян. — Держитесь крепче, взлетаем.

Не особо задумываясь о приличиях, я завалилась на матрас Ратхара. Корабль тяжело заскрипел, загудел, задрожал, но покачиваясь, поднялся в воздух. Над пультом вспыхнул экран, а на нём трёхмерное изображение того кошмара, что творился под нами. Это были самые настоящие дикари, словно племя туземцев-каннибалов с Земли сошло с картинок. Страшные, с раскрашенными мордами более схожи с обезьянами, чем с людьми.

— Мамочки, — прошептала я в удивлении, — это что за …

— А это, видимо, и есть та самая экологическая проблема, из-за которой всё не могут запустить станцию в полную мощь.

— Почему экологическая – то? — всерьёз не поняла я.

— А потому, малышка, — уже спокойно ответил Демьян, — что они тут вроде как за экологией следят. Нападают на всех, кто имеет неосторожность приземлиться на планете и, сжирая бедолаг, разбирают их корабли на составляющие, чтобы, как говорится «планету мусором не загрязнять». И очень качественно разбирают, умеючи. Даётся мне, что и "мусор" у них после этих разборок, кто-то хитрый и продуманный забирает.

— Сжирают?! – поперхнувшись, уточнила я, — в смысле, как мясо!

— Именно так, — закивал Сунир, — мы там целое кладбище костей нашли и некоторые черепки точно миранские. Еле ноги унесли, в какой-то момент думал, всё и хвоста не останется.

Миранец с любовью пригладил свою пятую конечность. Радовался как дитя, что она цела и невредима.

— Аналогично, — рыкнул мой марионер. — Но сейчас мы восстановим своё самолюбие и познакомим уродов с благами так ненавистной им цивилизации.

— Ну почему мы не можем просто без приключений долететь до Оюты?! — в сердцах выдохнула я риторический вопрос. — Почему даже зарядить ядро невозможно, если при этом за углом не поджидают монстры.

На меня разом уставились три пары глаз, и в них светилось столько снисхождения.