Неофит (СИ)

— Это для тебя неожиданно, а для меня все прошло по плану, — она приподнялась над столом и поцеловала меня в губы. И действительно, напряжение практически спало. — Пойдем, покажу тебе свои картины! — Схватив мою руку, девушка вытащила меня из-за стола.

Мы прошли в соседнюю комнату, по пути Ника сдвигала в сторону ногой коробки, освобождая нам путь.

— Это все теткино, собираю и перевожу ей потихоньку. Столько барахла нажила, а сама забирать не спешит. Вот, у меня тут есть несколько работ, — сказала Ника, подходя к картинам, стоящим на полу у стены.

Она развернула их и поставила вдоль шкафа — что-то на коробки, что-то прямо на пол.

Глядя на картины, я понял, что совсем не разбираюсь в живописи. Посмотрев на мое озадаченное и даже виноватое лицо, Ника снова рассмеялась. Удивительно, как в ней помещается столько веселости.

— Это направление в живописи называется «абстракционизм». Оно не сразу понятно несведущим людям, но критики высоко оценили мои работы на последней выставке.

Вот эта работа называется «Закат Империи». Она взяла приз на одной из выставок, после чего мне и предложили провести персональную.

Я посмотрел на работу — основными цветами были красный и черный. Приглядевшись, среди переплетения красок смог увидеть золотого двуглавого орла, символ Российской Империи, которого окутывали нити красного и черного цвета, как бы придавливая к земле, не давая расправить крылья.

— Круто! — сказал я уважительно. — Чем больше смотрю, тем сильнее нравится.

Прости, я не сильно разбираюсь, — признался я.

— Да, я по твоему озадаченному лицу сразу поняла, — снова рассмеялась Ника.

— А ребята, с которыми ты была, они в каком стиле рисуют? И вообще, как они, хорошие художники? — Пришлось поднапрячь память, чтобы вспомнить их имена. — Данила и Егор, — гордо выдал я.

— Данила у нас анархист, — усевшись за стол, произнесла Ника.

— М… это стиль живописи такой? — удивленно переспросил я.

— Да нет, вообще-то он примитивист.

В России его картины не очень котируются, но в Китайской Империи он имеет большой успех. А анархист он по жизни. Дурной просто, — её улыбка стала немного грустной, как будто Ника вспомнила что-то неприятное, но далее эту тему решила не развивать, видать, что-то личное. Я не стал настаивать на подробностях.

— А Егор? — решил уточнить я насчет второго нашего общего знакомого. Хотелось бы знать побольше о тех, кому я доверил раскрашивать свою фабрику.