Нам нельзя (СИ)

Но Макару удается уберечь себя от солнечных ожогов, когда я сама уже приобретаю бронзовый оттенок, выбираясь на ежедневные прогулки.

Пытаюсь припомнить его лицо среди десятков других, которые видела на снимках из коллекции Арсения, но так ничего и не нахожу в своих воспоминаниях. Наверное, нужно было быть более внимательной, ведь, как оказалось, среди друзей Арсения есть те, кто слишком упрямы, чтобы до ужаса надоесть, или те, кто привлекают мое собственное внимание. И Макар выделяется в обоих случаях.

Я выдыхаю и отворачиваюсь. Кажется, он здесь надолго. Беру книгу в руки, намереваясь продолжить чтение.

— Да ладно! — удивляется он, замечая, как я открываю книгу. — Будешь читать?

Киваю и откладываю бумажную закладку.

— Может, лучше поболтаем?

Отрицательный кивок вместо ответа.

— Нет, — пожимаю плечами, делая вид, что читаю. На самом деле я застопорилась еще на первом абзаце и ничего не понимаю, будто буквы отказываются складываться в знакомые слова и осмысленные предложения.

И вновь тишина, которая явно начинает раздражать Макара. Я-то привыкла. Это мой образ жизни. Умение молчать и давить своим бездействием на того, кто желает видеть действие, можно сказать, моя суперспособность. И, видимо, она срабатывает, только не совсем в ту сторону, в которую я бы хотела. Потому что Макар резко поднимается со скамьи и протягивает мне руку.

— Не что, а куда, — и нахально так улыбается, аж коробит. Однако и я не остаюсь в стороне. Качаю головой и вновь листаю книгу, делая вид, что читаю.

Макар не выдерживает игнора и забирает у меня книгу из рук.

— Пойдем, Элла, гулять. Я, можно сказать, зову тебя на свидание.

И вот тут-то воздух в моих легких заканчивается. Резко задираю голову, едва ли не выпучив глаза и открыв рот, смотрю на Макара. А он смеется, возвращая мне книгу. Но берет мою сумку, а второй рукой перехватывает ладонь и тянет за собой.

И я иду. То есть мне приходится встать, потому что он тянет за собой. Приходится сделать шаг вперед, потому что Макар не отпускает мою руку. Он набрасывает мне на плечо ремешок сумки, а после, приобняв за талию, ведет прочь от прохлады и одинокой скамейки, ставшей моим убежищем. Ведет по тропинкам, пока мы не покидаем парк, и весь путь он предпочитает молчать и как-то странно улыбаться, когда я осмеливаюсь взглянуть на него. Мы оказываемся напротив дороги.

— Так, выбирай, пойдем сначала в кафе перекусить или сразу в кино. Я бы не отказался сейчас посидеть там, где есть кондиционер.

Пожалуй, мне нравится такой план.